Бот написал — бот проверил. Что осталось от образования в эпоху ИИ?
ПОЛИТИКА
6 мин чтения
Бот написал — бот проверил. Что осталось от образования в эпоху ИИ?Искусственный интеллект все глубже проникает в образовательную систему: студенты пишут тексты с помощью нейросетей, преподаватели проверяют их с помощью тех же инструментов. Образование все больше напоминает разговор машин
Бот написал — бот проверил. Что осталось от образования в эпоху ИИ? / TRT Russian

Сегодня, пожалуй, уже трудно найти студента, который не использует ИИ. Согласно свежему исследованию британского Института высшей образовательной политики, в 2025 году 92% студентов признались, что прибегают к нейросетям — еще год назад таких было около двух третей.

Сначала университеты пытались сопротивляться. Где-то блокировали доступ к ChatGPT, где-то вводили строгие запреты и грозили дисциплинарными мерами.

Но технология оказалась слишком быстрой, удобной — и, главное, незаменимой в рутинных задачах. Эссе, доклады, письма, обращения — все это теперь можно получить за секунды. Вузы начали пересматривать свою позицию, а риторика — смягчаться. ИИ, что называется, прижился.

Правда, прижился в «границах допустимого» — а вот сами эти границы пока остаются размытыми.

Преподаватели видят, что студенты откровенно злоупотребляют генеративным текстом: сдают тексты без проверки фактов, цитируют несуществующие источники, приводят голословные мнения без ссылок. Проблема ИИ-галлюцинаций — когда нейросеть выдумывает убедительные, но ложные данные — также никуда не делась.

При этом определить, где человек, а где машина, также становится все труднее. ИИ-детекторы дают лишь вероятностную оценку. 

Боты против ботов

Когда искусственный интеллект только начал проникать в учебные аудитории, тревогу первыми забили преподаватели: мол, студенты пачками сдают сочинения, написанные ChatGPT. Но теперь картина резко изменилась — и под подозрением оказались уже сами профессора.

Все чаще ИИ используют не только для учебы, но и для преподавания. Проверка десятков курсовых? Достаточно загрузить критерии оценки, шкалу баллов и примеры «идеальных» работ — остальное сделает нейросеть. Генерация лекций, тестов, комментариев к заданиям — тоже все чаще доверяется машинам.

И это замечают сами студенты. На форумах они жалуются: лекции будто бы написаны на автопилоте, комментарии к их работам повторяются, словно скопированы из шаблона. Люди задаются вопросом: зачем платить десятки тысяч долларов в год, если все превращается в игру «бот написал — бот проверил»? 

Если взять США, то редняя стоимость обучения в американском вузе составляет около $18 000 в год. Для студентов из других штатов сумма может доходить до 28 0000. А в некоторых частных вузах обучение обходится значительно дороже — до $60 000 в год и выше.

Сами преподаватели признаются: ИИ стал почти стандартным инструментом. Им пользуются при планировании курсов, составлении заданий и даже при оценивании. Проверка работ — не самая любимая часть профессии, а нейросети предлагают быстрое решение. Особенно в условиях, когда контроль со стороны университетов слабый, а нагрузка — колоссальная.

Но в стремлении к автоматизации страдает главное — обратная связь. Она все чаще становится шаблонной, а оценки — обезличенными. «Все получают одинаковые комментарии. Это не педагогика, это скрипт», — приводит издание Fortune слова одного из преподавателей.

Интересно, что ИИ-сочинения, которые преподаватель может раскритиковать, при автоматической проверке получают высокие баллы. Иными словами, нейросеть довольно щедро оценивает собственную «продукцию». В результате студент, который действительно выложился и написал работу сам, может получить оценку ниже, чем тот, кто доверил текст машине.

Ирония еще и в том, что студентов нередко наказывают за использование ИИ, тогда как преподаватели активно применяют те же инструменты — просто об этом пока мало говорят.

При этом некоторые преподаватели не видят в этом проблемы. Их логика проста: если студенты массово сдают тексты, созданные нейросетью, зачем тратить время на вдумчивую проверку? Пусть бот и проверяет то, что сам же написал. Так все чаще выходит, что учебный процесс превращается в диалог машин — бот пишет, бот проверяет, а человек наблюдает со стороны.

Итог — взаимное недоверие. Преподаватели не уверены, кому ставят оценки, студенты — кто и как их оценивает. Машинный алгоритм становится тем, кто фактически выносит вердикт, влияющий на судьбу.

Симбиоты

Несмотря на опасения, сама по себе интеграция ИИ в образование — не катастрофа. Если раньше в академической среде царили панические настроения, то теперь оценки стали сдержаннее. Все чаще звучит мысль: нейросети не враг, а инструмент. Они экономят время, помогают структурировать мысли, справляться с объемными задачами.

Многие сегодня воспринимают ИИ не как замену человеку, а как потенциальное партнерство, или даже союз. Эксперты подчеркивают: вопрос уже не в том, стоит ли внедрять искусственный интеллект в учебный процесс, а в том, как это делать грамотно.

У преподавателей по-прежнему остается то, что не сможет воспроизвести ни один алгоритм, по крайней мере пока: человечность, способность считывать невербальные сигналы, учитывать контекст и личные обстоятельства студентов, быть живым наставником, а не просто источником информации.

ИИ, в свою очередь, силен в другом. Он может быстро обрабатывать большие объемы данных, отслеживать индивидуальный прогресс, выявлять слабые места в обучении и подбирать задания под нужный уровень. Современные инструменты уже способны в реальном времени определять, с чем конкретно студент не справляется — и сразу предлагать возможные пути решения.

В таком сотрудничестве ИИ действительно становится полезным помощником, позволяющим замечать то, что ускользает от человеческого взгляда. Он может выступать как своего рода «второе мнение» — система сдержек и противовесов, которой преподаватель может воспользоваться для проверки своих суждений.

И еще одно преимущество: алгоритмы не знают, кто перед ними. Они не обращают внимания на происхождение, социальный статус или поведение студента на занятиях — то, что порой может подсознательно повлиять на оценку. В этом смысле ИИ способен внести элемент объективности там, где человеку бывает сложно отделить личное восприятие от сути работы.

По данным Forbes, уже около 60% преподавателей используют ИИ для выполнения рутинных задач — от проверки орфографии и составления заданий до отслеживания прогресса студентов.

Но этот симбиоз решает не только практические вопросы. Все чаще говорят и о другой, менее обсуждаемой проблеме — эмоциональном выгорании учителей, с которым ИИ может частично помочь справиться, взяв на себя часть нагрузки.

В World Economic Forum также считают, что наиболее продуктивный сценарий — сотрудничество. В Китае, например, платформа Squirrel Ai обслуживает 20 миллионов студентов. Нейросеть адаптирует учебную программу под каждого ученика, а ее создатель убежден: будущее образования — в объединении человеческого и машинного интеллекта. Преподаватель здесь уже не просто «передатчик знаний», а полноценный «архитектор обучения», который проектирует весь образовательный процесс.

В США похожую модель применяет Carnegie Learning через платформу MATHia, где ИИ фиксирует верные и неверные ответы, а также отслеживает, как студент рассуждает. На основе этих данных преподаватель получает в реальном времени сигналы о пробелах и достижениях ученика. В такой модели ИИ не заменяет педагога, а усиливает его. В этой синергии ИИ используется не вместо, а вместе.

Что до студентов, у них в распоряжении — целый арсенал нейросетей. Одна помогает искать источники, другая объясняет сложные темы и упрощает логику, третья — генерирует изображения. Универсальным помощником по-прежнему остается ChatGPT.

Хотя, конечно, соблазн схалтурить никуда не делся. Пока ситуация выглядит так, что и преподаватели, и студенты активно подключают ИИ — просто каждый по-своему. Кто-то делегирует проверку работ, кто-то — написание этих самых работ.

Для многих студентов ИИ стал еще и способом выживания в перегруженной образовательной системе — возможностью перераспределить силы и сэкономить время.

И в этом сдвиге особенно ощущается изменение самой философии образования. Как отмечает The New Yorker, университет всегда предполагал сделку: студент соглашается пройти через определенный объем задач, чтобы в конце получить квалификацию. Но что происходит, когда весь этот путь можно почти полностью автоматизировать? Что тогда остается от самого процесса обучения?

Появление нейросетей обостряет старый, но теперь особенно актуальный вопрос: зачем вообще учиться? Если цель — просто получить диплом, то ИИ, по сути, упрощает путь. Но если диплом — это не просто бумага, а отражение реальных знаний и навыков, то все становится сложнее. Настоящие умения по-прежнему нужны, особенно те, что невозможно сгенерировать по щелчку. Хотя, конечно, и некоторые из них постепенно отодвигаются на второй план.

Истории
Европа готовится к новому энергетическому кризису: цены на топливо растут перед зимой
Нетаньяху после выборов отдадут под суд?
Кто стоит за французскими протестами?
Венгрия рассматривает отказ от «Росатома» при строительстве АЭС
Почти 100 тысяч узбекистанцев покинули Россию за 10 дней
Ультраправые Германии закроют все мечети?
Почему европейские избиратели голосуют за крайне правых?
Венгрия впервые официально назвала Россию угрозой
По китайским правилам. Как Китай меняет распорядок на нефтяном рынке
Азербайджан обеспечит транзит казахстанской нефти
Трамп объявит о новых тарифах
Ле Пен на пороге власти: что будет с мусульманами Европы
Итоги саммита НАТО: что это значит для Украины
Чего ждать от саммита НАТО в Турции?
Сенат ограничил военные полномочия Трампа
Стармера подвела российская угроза: в Лондоне ищут нового премьера
Европа готова снять санкции с Ирана
США и Иран тайно подписали меморандум — Израиль недоволен
Кто забирает дипломатию у Брюсселя?
ЕС запускает новый этап вступления Украины и Молдовы