В конце сентября в столице Пакистана Исламабаде состоялась встреча посла Турции Ихсана Мустафы Юрдакула и министра финансов Пакистана Шавката Тарина. Стороны обсуждали вопросы развития туризма, сельского хозяйства и инфраструктуры. Министр Тарин предложил турецким компаниям воспользоваться преимуществами особых экономических зон в Пакистане, заверив турецких инвесторов в полной поддержке и содействии.

Турция и Пакистан, планирующие довести к концу 2021 года торговый оборот с 888 $ млн до 1 $ млрд, имеют большие планы и перспективы сотрудничества не только в экономической сфере. Две страны наращивают тесную кооперацию в военной и политической плоскости и выступают союзниками на Ближнем и Среднем Востоке. Альянсу Анкары и Исламабада способствовала сама история, когда в ее тяжелые моменты два народа оказывали помощь и поддержку друг другу.

Во время Войны за независимость Турции жители Пакистана, тогда еще мусульмане Британской Индии, собирали помощь для армии Мустафы Кемаля Ататюрка. В общей сложности было собрано 250 тысяч турецких лир, которые вошли в уставной фонд созданного в 1924 году первого национального банка Турции (Türkuye İş Bankası). Отец-основатель Пакистана Мухаммад Али Джинна восхищался Ататюрком и хотел для своей страны турецкой модели развития.

После провозглашения Исламской Республики Пакистан Турция была одной из первых стран, признавших ее независимость. В 1954 году Исламабад и Анкара подписали договор о дружбе и сотрудничестве. Турция поддерживала позицию Пакистана в отношении Кашмирского конфликта, а Пакистан – в вопросе Северного Кипра. Исламабад даже официально признал Турецкую Республику Северного Кипра, однако после резолюции Совета Безопасности ООН и международного давления ему пришлось отозвать свое признание.

После прихода к власти в Турции политической силы нынешнего президента Реджепа Тайипа Эрдогана Анкара, отойдя от традиционного евроатлантического направления, приступила к диверсификации своей внешней политики. В приоритетах Турции возросла роль Пакистана – пятой по численности страны мира, ВВП которой превышает 1 $ трлн, а армия обладает ядерным оружием.

Протесты в Джамму и Кашмире

5 августа 2019 года правительство Индии объявило об отмене статьи 370 конституции, которая наделяла штат Джамму и Кашмир, населенный на 95% мусульманами, особым статусом. Таким способом Дели пытается изменить существующую там демографическую ситуацию в пользу немусульман.

Это решение Дели вызвало протесты местного населения, в результате которых были задержаны тысячи жителей спорного региона, в том числе экс-премьер-министры штата Джамму и Кашмир, местные партийные лидеры и журналисты. Для подавления несогласия индийское правительство отправило в регион свои войска.

Пакистан, выступающий традиционным защитником мусульман Кашмира, осудил решение соседней страны. В Исламабаде напомнили индийцам, что оккупированные Индией районы Джамму и Кашмир являют спорной территорией. Словесные перепалки переросли в боевые столкновения, когда артиллерия Индии нанесла удар по территории подконтрольной Пакистану части Кашмира.

Анкара сразу же выразила поддержку Пакистану и мусульманам Кашмира. Президент Эрдоган посетил Пакистан, где провозгласил, что проблема Кашмира близка турецкому народу так же, как и пакистанцам. В сентябре 2020 года турецкий лидер с трибуны ООН заявил, что шаги, предпринятые после отмены особого статуса Джамму и Кашмира, усложнили вопрос стабильности и мира в регионе.

На заявление Эрдогана отреагировала Индия, которая призвала Турцию «глубоко задуматься о своей политике», а также Пакистан, выразивший большую признательность турецкому лидеру за выступление в ООН. Премьер-министр Имран Хан отметил, что «непоколебимая поддержка Турции остается источником силы для кашмирцев в их законной борьбе за самоопределение».

Противостояние с саудитами

Сближению Турции и Пакистана в последнее время поспособствовал отказ Саудовской Аравии от проведения заседания Организации исламского сотрудничества (ОИС) по кашмирской проблеме. Министр иностранных дел Пакистана Махмуд Курейши заявил, что Эр-Рияд всячески препятствует проведению заседания ОИС на уровне глав МИД. Курейши призвал страны Персидского залива осознавать значимость проблемы, добавив, что нельзя молчать, когда страдают кашмирцы.

Анкара с Исламабадом в одинаковой мере переживают холодную войну с Саудовской Аравией и его региональным союзником ОАЭ. Турки и пакистанцы не поддержали торговый бойкот Катару, устроенный его соседями в 2017 году, когда богатое нефтью и финансовыми ресурсами государство оказалось в транспортной и сельскохозяйственной блокаде (Катар не имеет своего аграрного комплекса).

Отношения Турции с монархиями Залива также ухудшились из-за гражданской войны в Ливии, убийства саудовского журналиста Хашоггив Стамбуле и ситуации в Восточном Средиземноморье. Пакистан, в свою очередь, был под натиском Саудовской Аравии после того, как Исламабад не стал втягиваться в войну в Йемене на стороне возглавляемой Эр-Риядом коалиции.

Афганистан с приходом к власти талибов

Уход американских войск из Афганистана привел к усилению пакистано-турецкого взаимодействия. Премьер Имран Хан заявлял, что для урегулирования афганского конфликта необходимо участие стран-соседей Афганистана, а также Турции.

Имеющая прочные исторические и этнические связи в Афганистане Турция стала единственным членом НАТО с мусульманским большинством, отправившим в Афганистан своих военнослужащих, которые в боевых операциях участия не принимали. Именно турецкий военный корпус шесть лет охранял кабульский аэропорт.

Турция и Пакистан, наряду с Катаром, уже официально стали главными странами, от которых правительство «Талибана» ожидает гуманитарную помощь, инвестиции в экономику, а самое главное – политическую поддержку.

«Три брата-2021»

Такую поддержку получил от Анкары и Исламабада Азербайджан. Многолетнее сотрудничество Турции и Азербайджана стало одним из основных залогов успеха азербайджанской армии в Карабахе. Если азербайджанцы привыкли к словам поддержки Турции, то заявление премьер-министра Имран хана в разгар Карабахской войны вызвало волну всенародного ликования.

«Дружественный азербайджанский народ и государство – наш надежный союзник. Если азербайджанское государство попросит нас о военной поддержке, то все оружие пакистанской армии окажется в распоряжении братской страны», – заявил в октябре 2020 года пакистанский лидер.

Вскоре после окончания войны наметилось тесное сотрудничество трех стран. В июле 2021 года они подписали Бакинскую декларацию, где обязались совместно отстаивать свои интересы на международной арене, а в сентябре провели совместное учение сил спецназа под название «Три брата-2021».

Баку также заявил о планах закупить у Исламабада истребитель-бомбардировщик 4-го поколения JF-17 Thunder и тренировочные самолеты Mushak, предназначенные для подготовки пилотов.

«Акынджи» и «Бурак»

Военная сфера является и одним из ключевых направлений сотрудничества Турции и Пакистана. Турция и Пакистан договорились совместно разрабатывать ударные беспилотные летательные аппараты (БПЛА). Две страны входят в шестерку стран мира (наряду с США, Китаем, Ираном и Израилем), чьи армии имеют на вооружении ударные беспилотники («Акынджи» у Турции и «Бурак» у Пакистана).

В 2018 году ВМС Пакистана приобрели четыре турецких корабля класса MILGEM на сумму в 1,5 $ млрд, что стало крупнейшей единой военной экспортной сделкой Турции.

Являясь крупным поставщиком оружия в Пакистан, Анкара, в свою очередь, закупает у Исламабада некоторые компоненты вооружений. Турция, как и Азербайджан, заинтересована в приобретении самолетов Mushak и даже подписала с Пакистаном соглашение о закупке этих 52 учебно-тренировочных самолетов.

Сила кинематографа

Альянсу двух стран способствует и «мягкая сила» Турции, а именно исторические сериалы. Миллионы пакистанцев с восхищением смотрят «Великолепный век: Империя Кесем» («Muhteşem Yüzyıl: Kösem»), «Юнус Эмре: Путешествие любви» («Yunus Emre Aşkın Yolculuğu»), «Воскресшение Эртугрул» («Diriliş Ertuğrul») и другие турецкие сериалы.

Согласно данным Google Trends, «Воскресшение Эртугрул» в 2020 году стал лидером запросов в категории «Film-TV» в Пакистане, а на видеохостинге YouTubeпервый эпизод сериала на урду (официальный язык в Пакистане) набрал более 115 млн просмотров. Трансляция картины, рассказывающей об основателе Османской империи, осуществлялась по указу самого премьер-министра на государственном телеканале.

В одном из интервью Имран Хан заявил, что трансляция турецких сериалов вносит вклад в патриотическое воспитание молодого поколения пакистанцев. Турция, Пакистан и Малайзия даже приняли решение о создании англоязычного телеканала, который будет бороться с исламофобией и с вызовами, с которыми столкнулся исламский мир.

Стратегический альянс Турции и Пакистана, к которому тянется Азербайджан и Катар, является примером стабильности в условиях неустойчивой ситуации на Ближнем и Среднем Востоке. Обе страны имеют важные элементы региональной державы – сильные вооруженные силы, стратегическое расположение и многочисленное население.

Союз двух стран оказывает сдерживающее влияние на их соседа – Иран. Тегеран не раз становился объектом критики Исламабада из-за акцентирования темы шиитского меньшинства в Пакистане, которое составляет, по разным оценкам, от 10 до 20% населения, а также из-за прокси противостояния в Афганистане. Гнев Ирана вызвали недавние трехсторонние военные учения на Кавказе с участием Азербайджана, Турции и Пакистана.

Турецко-пакистанское сотрудничество сильно бьет и по давнему стремлению Саудовской Аравии быть лидером на Ближнем Востоке и в мусульманском мире. Если поддержка Турции и Пакистана в карабахском конфликте закончилась победой Азербайджана в течение полутора месяцев, то военная кампания Эр-Рияда и его союзников в Йемене вот уже шесть лет проходит без особого успеха.

Созданный в 2003 году правительством Эрдогана механизм диалога Пакистана и Турции на высшем уровне, а также военные учения, которые проходят регулярно с 2017 года, значительно меняют баланс сил на мусульманском Востоке. В Анкаре и Исламабаде понимают успешность тесного сотрудничества, и, судя по всему, два государства продолжат курс на дальнейшее сближение.