31-я Конференция ООН по изменению климата (COP31) собрала в Анталье 68 500 зарегистрированных участников. Организаторы саммита обозначили его главную задачу одним словом — реализация.
На протяжении трех десятилетий климатические конференции ООН оценивали прежде всего по поставленным целям. Теперь главным критерием успеха станет способность подкрепить уже принятые обязательства финансированием, нормативным регулированием и необходимой инфраструктурой.
Уже первый день саммита продемонстрировал неотложность этой задачи.
Всемирная метеорологическая организация (ВМО) сообщила, что с января по сентябрь 2026 года средняя глобальная температура была примерно на 1,47°C выше доиндустриального уровня, а уровень Мирового океана достиг рекордной отметки.
Девять месяцев, в течение которых средняя температура приблизилась к отметке в 1,5°C выше доиндустриального уровня, еще не означают превышения порога, установленного Парижским соглашением. Этот показатель рассчитывается на основе долгосрочных средних значений. Однако нынешние данные показывают, насколько мало остается пространства для маневра.
Особенность саммита в Анталье заключается в том, как обосновывается необходимость климатических действий: через международно-правовые обязательства, экономические последствия для общественного здравоохранения и эффективность использования ресурсов.
Все три направления непосредственно затрагивают министерства, отвечающие за бюджеты и законодательство, и указывают на один приоритет — необходимость привести финансирование и международные договоренности в соответствие с научными данными.
Финансирование разделило участников переговоров
Вопросы финансирования и энергетического перехода оказались в центре обсуждений с самого открытия конференции.
При утверждении повестки председательство COP31 предложило рассматривать задачу трехкратного увеличения финансирования адаптации к изменению климата, а также связанные с климатом торговые вопросы в рамках уже существующих переговорных направлений, не выделяя их в самостоятельные пункты повестки.
Евросоюз поддержал такой подход. В то же время Африканская группа и Группа развивающихся стран-единомышленников выступили за более пристальное внимание к финансированию адаптации.
Председатель COP30 в Белене Андре Корреа ду Лагу напомнил о разработанной в период его председательства дорожной карте отказа от ископаемого топлива. Арабская группа, напротив, выступила против упоминания подобных дорожных карт в решении конференции.
Преодоление этих разногласий остается одной из главных дипломатических задач саммита. Дополнительную значимость переговорам придает правовой аспект.
В июле 2025 года Международный суд ООН единогласно пришел к заключению, что предусмотренная обычным международным правом обязанность государств предотвращать значительный экологический ущерб распространяется и на климатическую систему, требуя от стран особо тщательного соблюдения соответствующих обязательств. Нарушение этой обязанности, указал суд, может представлять собой международно-противоправное деяние.
Суд также постановил, что каждый последующий национальный климатический план должен демонстрировать прогресс по сравнению с предыдущим.
Президент Палау Сурангел Уиппс-младший сослался на это заключение в ходе выступлений лидеров. В мероприятии участвовали, в частности, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш, президент Бразилии Луис Инасиу Лула да Силва и премьер-министр Австралии Энтони Албаниз.
На переговорах малые островные государства, Африканская группа и блок латиноамериканских стран выступили за принятие официальных руководящих указаний для фонда возмещения потерь и ущерба от изменения климата. Евросоюз, Великобритания и Канада сочли такой шаг преждевременным.
Насколько правовая позиция Международного суда ООН повлияет на итоговые соглашения, пока остается открытым вопросом.
Экономические аргументы в пользу борьбы с изменением климата
Экономика здравоохранения дает министерствам финансов веские аргументы в пользу климатических мер.
Опубликованный за несколько дней до саммита анализ Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ)показывает, что шесть мер, направленных на борьбу с климатическим кризисом и защиту здоровья населения, способны ежегодно предотвращать 1,6 млн смертей.
Особенно выделяется одна из этих мер — эффективное ценообразование на ископаемое топливо. По оценкам ВОЗ, оно могло бы предотвращать около 1,2 млн смертей ежегодно и обеспечивать примерно $ 3 трлн из прогнозируемых $ 3,9 трлн ежегодного прироста общественного благосостояния.
На эту же меру пришлось бы почти все сокращение выбросов углекислого газа, которого можно добиться благодаря предложенному комплексу действий, — 16,7 млрд тонн в год. Это эквивалентно почти 30% общемировых выбросов парниковых газов.
Остальные пять мер включают системы предупреждения об опасной жаре, переход на более чистые источники энергии в домохозяйствах, мытье рук, обеспечение безопасной питьевой водой и улучшение санитарных условий.
Их реализация потребовала бы около $ 35 млрд ежегодно, но каждый вложенный доллар, по оценкам ВОЗ, приносил бы $ 24 экономической выгоды.

Саммит в Анталье предоставил возможность применить эти выводы на практике.
Турция и ВОЗ запустили Анталийскую инициативу по повышению устойчивости систем здравоохранения — добровольную платформу, позволяющую странам обмениваться практическим опытом и подходами к защите здравоохранения от климатических потрясений с учетом необходимых затрат.
Бразилия, в свою очередь, представила механизм финансирования Беленского плана действий в области здравоохранения, к которому присоединились 40 стран.
Эти инициативы способны дополнять друг друга: одна содействует обмену знаниями, другая — привлечению финансовых ресурсов. Необходимы обе.
По состоянию на сентябрь 2025 года лишь 56 из 194 государств — членов ВОЗ сообщили о разработке или реализации планов адаптации здравоохранения к изменению климата.
Среди развивающихся стран, располагающих национальными планами адаптации, 48 оценили свои совокупные ежегодные потребности в финансировании адаптации здравоохранения в $ 3,3 млрд.
При этом заявленный объем международного финансирования этих целей в 2024 году составил $ 1,1 млрд — приблизительно треть от необходимой ежегодной суммы.
Сокращение отходов и выбросов
Проблема отходов открывает еще одно направление климатических действий, результаты которых поддаются количественной оценке.
По данным Программы ООН по окружающей среде (ЮНЕП), в 2022 году в мире было выброшено 1,05 млрд тонн продуктов питания — 19% всего продовольствия, доступного потребителям.
На домохозяйства пришлось 631 млн тонн пищевых отходов, на предприятия общественного питания — 290 млн тонн, на розничную торговлю — 131 млн тонн.
При этом разница в ежегодном объеме пищевых отходов на человека между странами с высоким доходом и странами с доходом ниже среднего составляет всего около 7 кг. Это свидетельствует о том, что проблема далеко не ограничивается богатыми государствами.
Она носит глобальный характер и связана с условиями хранения продуктов, развитием холодильных цепочек поставок и потребительскими привычками.
По оценкам, потери продовольствия и пищевые отходы в совокупности становятся причиной 8–10% мировых выбросов парниковых газов — почти в пять раз больше, чем авиация.
Сокращение пищевых отходов также способно принести существенные экономические и экологические выгоды. Улучшение условий хранения, повышение эффективности цепочек поставок и совершенствование системы обращения с отходами позволяют экономить ресурсы, снижать затраты и укреплять продовольственную безопасность.
Турция сделала сокращение отходов одним из центральных направлений саммита.
Первая леди Турции Эмине Эрдоган вместе с супругами прибывших на конференцию лидеров открыла Музей нулевых отходов на территории проведения COP31.

Неподалеку деревня Солак была преобразована в населенный пункт, реализующий концепцию нулевых отходов.
Международный опыт показывает, как подобные инициативы можно расширять.
Япония сократила объем пищевых отходов на 31%. Этому способствовало, в частности, требование к предприятиям, ежегодно производящим более 100 тонн пищевых отходов, предоставлять соответствующую отчетность. Великобритания добилась сокращения на 18%.
Систематический учет и отчетность позволяют превращать локальные инициативы в результаты национального масштаба.
Сельское хозяйство и энергетика показывают, чего можно добиться
Сельское хозяйство демонстрирует, каких результатов позволяют достичь уже существующие инструменты при достаточном финансировании.
Международное партнерство в области сельскохозяйственных исследований CGIAR сообщает, что применение разработанного им инструмента AgWise, который адаптирует рекомендации по внесению удобрений к местным почвенным, погодным условиям и особенностям сельскохозяйственных культур, позволило увеличить урожайность и прибыль производителей риса в Руанде примерно на 60%.
Международный фонд сельскохозяйственного развития ООН и Министерство сельского и лесного хозяйства Турции представили доклад The Unfunded Half («Половина, оставшаяся без финансирования»), посвященный дефициту климатического финансирования, с которым сталкиваются женщины в сельских сообществах.
Затем Группа наименее развитых стран предложила создать платформу, которая свяжет национальные приоритеты адаптации с организациями, предоставляющими финансирование, и партнерами, отвечающими за реализацию проектов.
Норвегия, Евросоюз, Великобритания и Япония поставили вопрос о том, как предлагаемая платформа будет дополнять уже существующие институты.
В энергетическом секторе переход от обязательств к практическим действиям уже приобретает конкретные очертания.
В ходе встречи лидеров группа стран поддержала инициативу председательства COP31 «35 к 2035 году» (35x35), впервые объявленную в июне. Ее цель — увеличить долю электроэнергии в мировом конечном энергопотреблении с немногим более 20% до 35% к 2035 году. Внедрение технологий чистой энергетики ускоряется.
В 2025 году установленная мощность систем аккумуляторного хранения энергии была в 11 раз выше уровня 2021 года. Международное энергетическое агентство (МЭА) прогнозирует, что в 2026 году электромобили составят 28% мировых продаж новых автомобилей против менее 1% в 2015 году.
За изменениями в государственной политике следуют и инвестиции.
Азиатский банк инфраструктурных инвестиций выделил Турции $ 1,6 млрд на финансирование климатической политики. Средства предназначены для поддержки реформ в сфере возобновляемой энергетики, финансового регулирования и углеродных рынков.

Сможет ли COP31 обеспечить необходимое финансирование?
Именно в вопросах финансирования вторая неделя саммита обещала принести наиболее значимый прогресс.
Группа 77 и Китай — крупнейший переговорный блок, представляющий развивающиеся страны, — призвали участников заняться реализацией цели по трехкратному увеличению финансирования адаптации к изменению климата. Они также подчеркнули договорные обязательства развитых государств предоставлять соответствующие средства.
Евросоюз, Великобритания и Норвегия подтвердили поддержку этой цели, но предложили обсуждать ее в рамках существующей программы работы по финансированию.
Отправной точкой остается соглашение, достигнутое на COP29 в Баку. Оно предусматривает выделение развивающимся странам не менее $ 300 млрд ежегодно к 2035 году, а также более широкую задачу мобилизации $ 1,3 трлн.
Участники переговоров также обсуждают, как финансировать инфраструктуру, необходимую для торговли углеродными единицами в соответствии со статьей 6 Парижского соглашения.
Африканская группа выступает за базовое финансирование, тогда как Евросоюз предпочитает систему, покрывающую расходы за счет платежей пользователей.
Выступления лидеров продемонстрировали разнообразие национальных приоритетов.
Островные государства призвали к быстрому сокращению выбросов, развивающиеся страны настаивали на финансировании, а европейские лидеры сделали акцент на электрификации, которая также входит в число приоритетов турецкого председательства COP31.
По оценкам Climate Action Tracker, при сохранении нынешней политики глобальное потепление к 2100 году достигнет 2,7°C. Если страны выполнят все свои цели на 2030 и 2035 годы, прогнозируемое повышение температуры составит 2,6°C.
Столь незначительная разница показывает, почему правительствам необходимо не только выполнять уже принятые обязательства, но и ставить более амбициозные цели.
Международный суд ООН разъяснил правовые обязательства государств, ВОЗ оценила положительное влияние климатических мер на здоровье населения, а ЮНЕП определила масштабы проблемы пищевых отходов. В сельском хозяйстве и энергетике уже существуют проверенные инструменты и технологии, которые приносят результаты.
На COP31 участники переговоров могут использовать эти данные для принятия конкретных решений: договориться о финансировании адаптации, разработать руководящие указания для фонда возмещения потерь и ущерба и предпринять практические шаги по ускорению энергетического перехода.
Если переговорщикам удастся добиться прогресса по этим направлениям, саммит в Анталье может стать поворотным моментом в превращении климатических обязательств в реальные действия.
Источник: TRT World












