Магомед ТуатиПохищение и взятие в заложники Николаса Мадуро в США, риторика о «временном управлении» Венесуэлой и намеки на возможное силовое давление на соседние страны обозначили резкий сдвиг в подходе Вашингтона к региону.
Администрация Дональда Трампа увязывает эти действия с борьбой против наркотрафика и «нарко-терроризма». Однако эксперты по международному праву и безопасности предупреждают: происходящее может подорвать сложившуюся систему международной безопасности и создать опасный прецедент легитимации силы вне рамок ООН.
Как критики, так и сторонники этой сомнительной вылазки Трампа сходятся в одном – ему нужна венесуэльская нефть.
Операция в Венесуэле: что произошло
3 января США провели масштабную военную операцию на территории Венесуэлы, в ходе которой действующий президент страны был похищен вместе со своей супругой американскими военными и насильственно перемещен за пределы страны, что по своей сути представляет собой захват заложника в межгосударственном контексте. В Вашингтоне действия объяснили необходимостью борьбы с наркотрафиком и транснациональной преступностью, а также давними уголовными обвинениями против венесуэльского лидера.
Президент США Дональд Трамп заявил, что Соединенные Штаты будут «вести внешнее управление» Венесуэлой до «безопасного и разумного перехода», не уточнив механизмов такого управления. Госсекретарь Марко Рубио при этом подчеркнул, что США не намерены заниматься повседневным администрированием страны.
Николас Мадуро должен предстать в федеральном суде Нью-Йорка сегодня по обвинениям, связанным с наркотрафиком, на фоне обсуждения в ООН законности операции США по его похищению.
После захвата Мадуро был доставлен в Нью-Йорк и содержится под стражей вместе со своей супругой Силией Флорес. Они находятся в Столичном центре содержания под стражей.
По данным источников Reuters, Мадуро, вероятно, будет находиться в камере до 23 часов в сутки. Этот изолятор ранее использовался для содержания ряда известных фигурантов громких дел, а условия содержания в нем неоднократно подвергались критике как бесчеловечные.
Конституционная палата Верховного суда Венесуэлы в субботу постановила, что вице-президент Делси Родригес должна временно исполнять обязанности президента страны в связи с отсутствием Николаса Мадуро. В решении суда указано, что Родригес принимает на себя полномочия главы Боливарианской Республики Венесуэла «для обеспечения административной непрерывности и всеобъемлющей защиты нации».
При этом суд отдельно отметил, что намерен продолжить рассмотрение ситуации с целью определить правовые механизмы, которые позволят гарантировать непрерывность государства, управление страной и защиту суверенитета в условиях принудительного отсутствия президента.
Нефть как ключевой мотив
Финансовые рынки отреагировали на события в Венесуэле ростом котировок венесуэльских активов, закладывая ожидания политических и экономических изменений. Однако экономисты предупреждают, что без четкой модели перехода и восстановления институтов страна рискует остаться в состоянии управляемой нестабильности, что может ударить по всему региону.
Финансовые рынки восприняли операцию США в Венесуэле прежде всего через призму доступа к нефтяным ресурсам страны. Акции американских нефтяных компаний выросли на фоне заявлений Дональда Трампа о намерении США взять под контроль Венесуэлу после ареста ее президента, отмечает Reuters.
Венесуэла располагает крупнейшими в мире доказанными запасами нефти, однако добыча в стране резко сократилась за последние десятилетия из-за управленческих ошибок, национализации отрасли, дефицита иностранных инвестиций и санкций.
Сам Трамп заявил журналистам на борту Air Force One, что обсуждал планы инвестиций в Венесуэле «со всеми» американскими нефтяными компаниями — как до, так и после захвата Николаса Мадуро.
«Они очень хотят туда зайти. Мы привлечем крупные нефтяные компании, и они восстановят инфраструктуру. Они будут инвестировать деньги. Мы не будем инвестировать ничего», — сказал президент США.
По данным Reuters, администрация Трампа в последние недели дала понять руководителям американских нефтяных компаний, что тем придется оперативно вернуться в Венесуэлу и вложить значительный капитал в восстановление нефтяной отрасли, если они рассчитывают на компенсацию активов, экспроприированных при Уго Чавесе в 2007 году.
На этом фоне выросли котировки Chevron — единственной крупной американской компании, продолжающей работать в Венесуэле по специальному разрешению США, а также акций нефтеперерабатывающих и сервисных компаний, которые могут выиграть от доступа к тяжелой венесуэльской нефти и восстановительных работ.
Аналитики при этом отмечают, что венесуэльская нефть по своим характеристикам хорошо подходит для переработки на НПЗ побережья Мексиканского залива США, которые исторически были рассчитаны именно на такие сорта сырья.
В то же время эксперты предупреждают, что восстановление добычи займет значительное время из-за политической неопределенности, разрушенной инфраструктуры и многолетнего недоинвестирования. Для сравнения, если в 1970-е годы Венесуэла добывала до 3,5 млн баррелей в сутки, то в прошлом году добыча составляла около 1,1 млн баррелей в день — примерно 1% мировой добычи.
Колумбия и Мексика на очереди?
Параллельно Дональд Трамп допустил возможность военных действий против Колумбии, комментируя ситуацию с производством кокаина. Его заявление — «звучит неплохо для меня» — прозвучало в ответ на вопрос журналистов и вызвало резкую реакцию в регионе.
В адрес Мексики президент США использовал формулу «что-то придется делать», не конкретизируя возможные шаги. Эксперты расценивают такую неопределенную риторику как элемент давления, встроенный в новую стратегию региональной безопасности.
Агентство Reuters отмечает, что подобные заявления воспринимаются в Латинской Америке как прямой намек на пересмотр принципа невмешательства, особенно в вопросах, которые Вашингтон теперь трактует как угрозу собственной национальной безопасности.
По оценке аналитиков Совета по международным отношениям США, масштаб военных действий заметно превысил рамки классических антинаркотических операций, что усилило подозрения в использовании логики смены режима под прикрытием борьбы с организованной преступностью.
Международная реакция
Законность захвата Николаса Мадуро американскими военными станет предметом обсуждения в Совете Безопасности Организации Объединенных Наций в понедельник, однако Вашингтон вряд ли столкнется с жесткой критикой со стороны союзников. Экстренное заседание Совбеза было созвано после операции США, в ходе которой были поражены военные объекты и нарушено энергоснабжение в отдельных районах Каракаса. Власти Венесуэлы заявили, что число жертв нападения США на страну достигло 80 человек погибшими.
Россия, Китай и другие союзники Каракаса обвинили США в нарушении международного права, тогда как партнеры Вашингтона, многие из которых ранее выступали против Мадуро, заняли сдержанную позицию.
«Судя по реакции европейских лидеров на данный момент, союзники США будут предельно уклончивы в Совете Безопасности», — заявил директор по глобальным вопросам и институтам Международной кризисной группы Ричард Гоуэн.
Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш расценил операцию США как «опасный прецедент», сообщил его представитель. Многие юристы также указывают на незаконность действий Вашингтона, хотя США способны заблокировать любые попытки привлечь их к ответственности в Совбезе за счет права вето.
Европейские государства в своих заявлениях в основном призвали к соблюдению международного права, избегая прямой критики США. Исключением стал министр иностранных дел Франции Жан-Ноэль Барро, который заявил, что США нарушили «принцип неприменения силы, лежащий в основе международного права».
В ответ Вашингтон сослался на статью 51 Устава ООН о праве на самооборону. Посол США при ООН Майк Уолтц заявил, что Мадуро является «наркобароном и нелегитимным лидером», координирующим действия с Россией, Китаем, Ираном и «террористическими организациями».
Юристы, однако, отвергают эту аргументацию. «Эти действия нарушают международное право. Даже серьезные юридические претензии к режиму Мадуро не устраняют необходимость правового основания для применения военной силы», — заявил профессор Стэнфордской школы права Том Данненбаум.
Профессор права Университета Кливленда Милена Стерио подчеркнула, что даже возможная причастность Мадуро к наркотрафику «не является вооруженным нападением и не дает права на самооборону», добавив, что США «не могут осуществлять экстерриториальную юрисдикцию по своему усмотрению».
Схожую оценку дал профессор Ратгерского университета Адил Хак, назвав захват Мадуро «незаконным нарушением неприкосновенности и иммунитета действующего главы государства», независимо от его демократической легитимности.
Новая стратегия нацбезопасности США
Опубликованная в конце 2025 года стратегия национальной безопасности США смещает фокус на Западное полушарие. Среди ключевых приоритетов: борьба с наркотрафиком и транснациональной преступностью; контроль миграционных потоков; безопасность цепочек поставок и стратегических ресурсов; расширение допуска к использованию военной силы, включая летальные меры против негосударственных акторов, если «правоохранительные инструменты не работают».
Аналитики видят в этом возрождение логики доктрины Монро в обновленном виде — как обоснование американского доминирования в регионе под предлогом защиты внутренней безопасности США.
Юристы и эксперты по международному праву критикуют действия США как нарушение базовых норм суверенитета. В Chatham House подчеркивают, что операция в Венесуэле не имеет мандата Совета Безопасности ООН и не подпадает под классическое право на самооборону.
По их оценке, силовая «экстракция» действующего лидера создает опасный прецедент, который может быть использован другими государствами для оправдания вмешательства под схожими предлогами. Это ставит под угрозу универсальный характер международного права и усиливает фрагментацию глобальной системы безопасности.
Новый мировой порядок без иллюзий и договоренностей
Говорить о том, что новая стратегия США «подрывает» международно-правовые механизмы, некорректно, поскольку они уже фактически не работают, считает телеведущий, российский политический и общественный деятель, руководитель Центра стратегических исследований религии и политики современного мира Максим Шевченко, рассказавший в комментарии TRT на русском, что «никаких международно-правовых механизмов, созданных после Второй мировой войны, уже не существует, «они давно подорваны».
«Фактически США выступают с идеей гегемонизма, о которой столько говорили китайские товарищи в свое время, обвиняя в этом Советский Союз. Ну, в общем, вот вам, пожалуйста, мировой гегемон, они говорят конкретно: мы самые сильные, мы делаем, что хотим. Если у кого-то есть возражения, пожалуйста, бросайте нам вызов, приходите к нам и, в общем, пожалуйста, воюйте. Фактически они вызывают на бой любого желающего, будь то Дания, будь то кто-то еще», — говорит Шевченко.
Происходящее он описывает как новую конструкцию мира, основанную на силе и деньгах.
«Это настоящая новая конструкция мира, это феодализм, только новый феодализм буржуазной эпохи, не когда короли клялись друг другу Богом, посланные народом, что они вечные братья, потом начинали войны, а именно гегемонизм феодализма, корпоративного, буржуазного, денежного. Все это новый мировой порядок, вот он пришел», — считает он.
Комментируя похищение Николаса Мадуро, Шевченко выразил сомнение в том, что речь идет о реальной силовой операции, но констатировал, что этот прецедент создает новую модель «региональной безопасности», основанную не на многосторонних институтах, а на силе.
«Да, на силе. Но я думаю, что это инсценировка. Я думаю, что с Мадуро было все согласовано. Если бы у венесуэльцев было реальное желание сопротивляться и воевать, американцы умылись бы кровью. Это был спектакль, специально созданный ради Трампа, чтобы он мог представить внутренней американской аудитории невероятный успех и свои организаторские способности, а потом бредить на пресс-конференции, как он это сделал сегодня ночью, отвечая на вопросы в самолете», — сказал он.
Отдельные сообщения о присутствии и гибели иностранных силовиков в Венесуэле эксперт также поставил под сомнение.
«То, что говорят про убитых кубинцев, — вообще непонятно кто это такие. Может, дворники, может, повара. Я не понимаю, зачем Венесуэле, которая перенасыщена оружием и бандитами, нужен какой-то кубинский спецназ — загадочный, который нигде в мире никогда себя никак не проявил», — отметил Шевченко.
По его оценке, венесуэльский сценарий не может быть воспроизведен в других регионах мира.
«Я не думаю, что американцев получится сделать так же где-то еще, тем более в Восточном полушарии. У них для этого нет ресурсов и нет сил», — заявил он.
Говоря о возможном силовом давлении на Мексику, Шевченко полностью исключил такой вариант.
«На Мексику? Ни в коем случае не будет силового давления, потому что в Мексике они просто получат сразу же. Они уже туда сунулись, американские спецслужбы, и умылись кровью. Поэтому про крутых парней — это, пожалуйста, пусть они мексиканским картелю Тихуана расскажут, который им показал, что может взорвать Калифорнию — Лос-Анджелес, Сан-Диего и так далее. Это вообще бравада и позерство. Как бомбежка Ирана по пустынной местности», — заявил Шевченко.
В отношении Колумбии он допустил иной сценарий, в том числе через внутренние силы.
«Что касается Колумбии, то там очень много правых парамилитари, которые подготовлены Израилем, которые участвовали в страшных карательных операциях против левых повстанцев FARC (Революционные вооруженные силы Колумбии – прим. TRT). В общем, в Колумбии есть на кого опереться, на неонацистские американско-сионистские группировки, многие из которых воюют в Украине сегодня, неонацисты, колумбийские спецназовцы. Поэтому в Колумбии они могут просто организовать переворот и гражданскую войну», — сказал Шевченко.
В завершение Шевченко призвал трезво оценивать реальность и считает, что США будут выбирать цели, где не встретят сопротивления.
«Поэтому не надо нервничать, надо трезво просто принять эту реальность как есть. Да, мир изменился. В мире есть наглый гегемон, но сила этого гегемона, на мой взгляд, сильно преувеличена. Они будут выбирать такие объекты для атаки, которые им не окажут сопротивления, и в основном будут атаковать с помощью ишака, нагруженного золотом, как это, я думаю, было с Венесуэлой», — заключил собеседник.
Военная операция США в Венесуэле стала сигналом не только для региона, но и для Пекина и Москвы, считает внештатный старший научный сотрудник Инициативы геостратегии Центра стратегии и безопасности Скоукрофта при Атлантическом совете Александр Б.Грей, позицию которого приводит американский аналитический центр по вопросам внешней политики и безопасности Atlantic Council, близкий к внешнеполитическому истеблишменту США.
«Так называемое «дополнение Трампа» к доктрине Монро, изложенное в Стратегии национальной безопасности, официально вступило в силу. После сообщений о военных учениях Народно-освободительной армии Китая в Западном полушарии и публикации новой стратегии Китая по Латинской Америке Вашингтон продемонстрировал давно назревшую приверженность безопасности в регионе», — пишет Грей.
Отстранение Николаса Мадуро от власти он рассматривает как элемент глобального сдерживания.
«Это не просто послание враждебным режимам в полушарии, таким как Куба и Никарагуа; это глобальное восстановление сдерживания, которое в Пекине и Москве будет воспринято как недвусмысленный знак приверженности администрации Трампа обеспечению порядка в сфере безопасности, совместимого с американскими интересами», — отмечает эксперт.
По его оценке, у Вашингтона появляется возможность закрепить стратегическое превосходство в регионе.
«Успех этой операции создает для США уникальный шанс воплотить свои предпочтения в области безопасности в стратегическую реальность, в том числе через формирование постмадуровского соглашения, исключающего значимое влияние Китая и России в Каракасе», — заключает Грей.
Захват Николаса Мадуро не означает автоматического установления контроля над Венесуэлой и не снимает проблему фактической власти на местах, считает старший вице-президент и директор исследований внешнеполитического аналитического центра «Совет по международным отношениям США» Шеннон К. О'Нил.
«Мадуро ушел, но репрессивные элементы режима все еще на месте и продолжают контролировать ситуацию. Это огромная страна, и ее трудно контролировать территориально. Кроме того, там действуют многочисленные вооруженные группы — военные, тайная полиция, “коллективос”, боевики Армии национального освобождения. Демократическим и дружественным США лидерам придется подчинить их себе», — отметила О’Нил.
Она также указала на ключевую проблему оппозиции. «Эдмундо Гонсалес, который победил на последних выборах, и Мария Мачадо находятся за пределами страны. США могут доставить их обратно, но остается неясным, каким образом невооруженная оппозиция сможет установить физический контроль над улицами — а это базовое условие для управления», — подчеркнула эксперт.
Военная кампания США в регионе выходит за рамки классической антинаркотической операции, считает научный сотрудник по вопросам национальной безопасности Совета по международным отношениям США Роксанна Виджил.
«В заявленных целях операции по борьбе с наркотрафиком и «нарко-террористическими» сетями наблюдается большое несоответствие. Соединенные Штаты используют огромную военно-морскую группировку против небольших лодок с наркотиками», — сказала Виджил.
По ее словам, ранее борьба с морским наркотрафиком в Карибском бассейне строилась на правоохранительных, а не военных методах.
Использование термина «вооруженный конфликт» в отношении борьбы с картелями дает президенту США практически неограниченную свободу действий, считает научный сотрудник по Латинской Америке Совета по международным отношениям США Уилл Фриман.
«Администрация называет нынешнюю ситуацию «немеждународным вооруженным конфликтом». Использование этого термина, по сути, позволяет произвольно определять, кто является комбатантом, и дает почти полную дискрецию президенту, что, возможно, нарушает вторую статью Конституции США», — отметил Фриман.
Аргументы администрации США о ключевой роли Карибского бассейна в наркотрафике не соответствуют структуре реальной угрозы, считает эксперт по наркотической политике Института Брукингса Ванда Фелбаб-Браун.
«Какие бы действия ни предпринимались в Карибском бассейне, они никак не повлияют на фентанил», — сказала Фелбаб-Браун, напомнив, что практически весь фентанил и большая часть кокаина поступают в США через Мексику.
Масштаб операции против Венесуэлы указывает на более широкую цель, чем борьба с наркотрафиком, считает старший научный сотрудник Совета по международным отношениям и бывший спецпредставитель США по Венесуэле Эллиот Абрамс.
«Если Мадуро не является легитимным лидером Венесуэлы и рассматривается как нарко-террорист и глава картеля, трудно понять, зачем администрации Трампа было окружать страну гигантской армадой, если не для того, чтобы устранить его от власти», — написал Абрамс.
История с Венесуэлой показывает, что речь идет не о разовой операции и не о борьбе с наркотрафиком, а о пробном запуске новой логики международных отношений, в которой сила, ресурсы и право сильного подменяют многосторонние институты.
Захват действующего президента, риторика о внешнем управлении и готовность обсуждать передел нефтяных активов фиксируют сдвиг от правил к иерархии. И здесь Венесуэла действительно может оказаться лишь «цветочками» — вопрос лишь в том, где и против кого логика этих действий будет применена в следующий раз.
