Администрация Дональда Трампа установила для Киева и Москвы неофициальный дедлайн — достичь мирного соглашения к июню 2026 года. Об этом заявил президент Украины Владимир Зеленский после второго раунда трехсторонних переговоров в Абу-Даби. Однако есть большая проблема: между амбициозными сроками Белого дома и реальным положением дел на переговорах сохраняется значительный разрыв.

Переговоры без прорыва

Двухдневные консультации в столице ОАЭ завершились 5 февраля без ощутимого результата. Единственным конкретным итогом стал обмен 314 военнопленными — процедура, которая проводится регулярно, обговаривается заранее и не требует особого дипломатического прорыва.

Госсекретарь США Марко Рубио заявил, что список нерешенных вопросов якобы сократился, однако на десерт «остались самые сложные». Глава МИД Украины Андрей Сибига заявил о наличии «импульса» в переговорном процессе, подчеркнув при этом, что наиболее деликатные вопросы должны решаться на уровне лидеров.

Ключевым камнем преткновения остается территориальный вопрос. Россия требует полного вывода украинских войск из Донбасса и международного признания этих территорий российскими. Киев категорически отвергает такой сценарий.

«Сложные вопросы остались сложными. Мы стоим там, где стоим», — констатировал Зеленский, признав тем самым, что в вопросе Донбасса позиция Киева остается непреклонной.

Не удалось договориться и по статусу Запорожской атомной станции. Предложение США о создании свободной экономической зоны в Донбассе украинская сторона восприняла скептически. «Ни Украина, ни Россия никогда не были в восторге от идеи свободной экономической зоны», — отметил украинский президент.

Смена тона, но не позиций

Впрочем, некоторые наблюдатели фиксируют изменения в атмосфере переговоров. По словам источников, знакомых с ходом консультаций, российская делегация стала более конструктивной.

«Раньше эти переговоры напоминали удаление зубов без анестезии», — признал в беседе с Politico один из американских экспертов по внешней политике. По его оценке, российские переговорщики — глава ГРУ Игорь Костюков и офицер военной разведки Александр Зорин — ведут себя по-деловому, углубляясь в практические детали, в отличие от привычных лекций Лаврова об «исторических корнях» конфликта.

Зеленский подтвердил этот сдвиг: «Российская делегация отказалась от риторики об «исторических экскурсах» и перешла к более практическим обсуждениям». Однако он же и предупредил: «Доверия между нами по-прежнему нет. Мы не можем им доверять, и они не могут доверять нам».

Почему Трамп торопится

Стремление Белого дома завершить конфликт к началу лета объясняется внутриполитическим календарем. В ноябре 2026 года в США пройдут промежуточные выборы в Конгресс, и администрации необходимы внешнеполитические победы.

«Выборы для них определенно важнее. Не будем наивными», — прямо заявил Зеленский.

Кроме того, 4 июля Америка отметит 250-летие независимости — символическая дата, к которой Трамп хотел бы продемонстрировать дипломатический триумф.

США предложили провести следующий раунд переговоров на своей территории — предположительно в Майами. Украина подтвердила участие, однако в Кремле заявили, что такая встреча не запланирована.

Москва предостерегает, но экономика давит

Министр иностранных дел России Сергей Лавров в интервью телеканалу НТВ призвал не переоценивать давление Трампа на европейцев и Украину.

«Нам нельзя впадать в восторженное восприятие происходящего: что президент США Дональд Трамп «поставил на место» европейцев, Владимира Зеленского и требует от них выполнить... Это все хорошо, если мы хотим добиться мира на Украине, но пока еще мы не там», — заявил министр. По его словам, впереди «еще большая дистанция».

Между тем экономическая ситуация в России становится все более тревожной. Рост ВВП замедлился с 4,9% в 2024 году до 1% в 2025-м, а прогнозы на 2026 год остаются пессимистичными. Инфляция держится на уровне 6,4%, ключевая ставка — 15%.

Для финансирования военных расходов Кремль вынужден сокращать бюджеты здравоохранения, гражданской авиации и энергетической инфраструктуры. Даже выплаты военнослужащим были урезаны за заключение контрактов с Министерством обороны РФ. Средняя продолжительность жизни мужчин в России упала до 65 лет.

Потери российской армии, по западным оценкам, достигли 1,2 миллиона человек убитыми и ранеными. При этом темпы продвижения в Донбассе сопоставимы с траншейной войной времен битвы на Сомме.

От 500 тысяч до миллиона россиян эмигрировали с начала вторжения — крупнейшая волна со времен революции 1917 года. Российские СМИ, прежде восхвалявшие рост ВВП как доказательство провала санкций, теперь пишут о стагнации и технологическом отставании.

Дополнительное давление оказывает сокращение нефтяных доходов: торговые договоренности Трампа с Индией привели к резкому снижению закупок российской нефти индийскими НПЗ. Усилия США, Великобритании и ЕС по задержанию судов «теневого флота» еще больше сужают финансовые потоки Кремля.

Энергетический кризис в Украине

Украина, в свою очередь, переживает острейший энергетический кризис. Российские удары систематически уничтожают генерирующие мощности страны. Накануне переговоров в Абу-Даби Россия нанесла массированный удар 450 дронами и 71 ракетой — рекордное количество баллистических ракет по энергосистеме с начала войны. Стоимость атаки оценивается в 325 миллионов долларов.

«Путина нужно лишить иллюзий, что он может чего-то добиться бомбардировками, террором и агрессией, — заявил глава МИД Украины Сибига. — Ни ожидаемые дипломатические усилия в Абу-Даби, ни его обещания Соединенным Штатам не удержали его от продолжения террора против мирных людей в суровейшую зиму».

В результате ударов все атомные электростанции на подконтрольной Украине территории были вынуждены снизить нагрузку. Бурштынская ТЭС полностью прекратила работу, оставив город без воды и отопления при температуре минус 20 градусов.

США предложили энергетическое перемирие, и Украина заявила о готовности его соблюдать, прекратив удары по российским нефтегазовым объектам и танкерам «теневого флота». Однако предыдущая договоренность о паузе, достигнутая по просьбе Трампа, продержалась лишь четыре дня.

Параллельные переговоры

Зеленский впервые пролил свет на двусторонние переговоры между США и Россией, в которых Украина не участвует. По его словам, российский спецпосланник Кирилл Дмитриев продвигает «пакет» экономического сотрудничества на сумму до 12 триллионов долларов.

Украинский президент выразил обеспокоенность тем, что американо-российский документ может содержать положения «об Украине», неприемлемые для Киева или даже неконституционные — например, касающиеся признания оккупированных территорий.

Реальность, однако, суровее рекламных обещаний Дмитриева. У России мало что есть предложить США в экономическом плане, и продолжение войны сделает эту «продажу» еще сложнее.

Перспективы

О необходимости компромисса говорят и в Европе. Правительство ФРГ призвало Москву отказаться от «максималистских требований» и искать компромисс.

Украинский политолог Владимир Фесенко полагает, что если Трамп продолжит «играть по правилам Кремля», ограничиваясь просьбами о коротких перемириях, это лишь затянет процесс и усилит ультиматумы России. Схожую мысль высказал обозреватель Bloomberg Марк Чемпион: по его мнению, население обеих стран устало от войны, и это создает предпосылки для урегулирования, однако для достижения сделки Белому дому необходимо «надавить» на Москву, а не предоставлять ей «политическое прикрытие».

Однако есть фактор, который упорно отказываются учитывать как в Белом доме, так и в Кремле, — воля украинцев. Даже в случае дипломатического прорыва путь к миру не будет коротким. По данным Reuters, любое соглашение будет вынесено на референдум украинских избирателей одновременно с национальными выборами. А значит, судьбу Украины определят не американские дедлайны и не российские требования, а сам украинский народ.