Магомед ТуатиВоенное противостояние вокруг Ирана перешло в фазу затяжной эскалации: удары по военной инфраструктуре, ответные пуски ракет и беспилотников, угрозы судоходству в Ормузском проливе. Одновременно внутри страны сохраняется давление — инфляция, последствия протестов, проблемы с коммуникациями и риски для управляемости после гибели верховного лидера. На этом фоне особое значение приобретает вопрос: насколько система способна удерживать контроль в условиях войны и структурного кризиса.
США и Израиль продолжают, как они заявляют, авиаудары по объектам военной инфраструктуры, включая склады, производственные площадки и пусковые установки. Однако под ударами оказываются школы, больницы и другие объекты гражданской инфраструктуры. Иран, в свою очередь, осуществляет ракетные и беспилотные атаки по целям, связанным с американским и израильским присутствием в регионе.
Одним из наиболее чувствительных факторов стала ситуация вокруг Ормузского пролива — ключевого маршрута мировых поставок нефти. Заявления о его возможном закрытии усилили нервозность на энергетических рынках и придали конфликту глобальное измерение.
Внутри страны фиксируются перебои с интернетом и коммуникациями. Правозащитные организации сообщают о росте давления на активистов и обеспокоенности судьбой политзаключенных. Параллельно сохраняется сложная социально-экономическая обстановка: инфляция остается высокой, национальная валюта ослаблена, уровень жизни значительной части населения продолжает снижаться.
Дополнительный фактор неопределенности связан с гибелью верховного лидера. В соответствии с Конституцией Ирана запущена процедура временного управления через совет в составе трех человек до назначения нового лидера. Пока государственные институты формально функционируют в рамках установленного конституционного механизма.
Таким образом, Иран одновременно сталкивается с военным давлением извне и накопленным внутренним износом системы — экономическим, социальным и институциональным.
Нападение консолидировало страну
Ослабить ракетный потенциал Ирана исключительно авиаударами невозможно, однако удары уже нанесли серьезный ущерб инфраструктуре — так оценивает ситуацию редактор отдела новостей TRT World по Ближнему Востоку Юсуф Сосар.
«На мой взгляд, невозможно полностью ликвидировать весь ракетный потенциал Ирана исключительно авиаударами. Однако нельзя отрицать, что как во время двенадцатидневной войны между Ираном и Израилем, так и в текущем конфликте ракетная инфраструктура Ирана, включая склады, производственные объекты и пусковые установки, понесла значительный ущерб. Тем не менее Революционная гвардия Ирана сохраняет способность продолжать ракетные пуски в долгосрочной перспективе, пусть и на сниженном уровне. Этому способствуют масштабы иранского арсенала, обширная территория страны и ее возможности по продолжению производства», — заявил в комментарии TRT на русском спикер.
По его оценке, даже при значительных потерях Тегеран сохраняет ресурс для продолжительного ракетного противостояния, а темпы запусков могут снижаться постепенно, а не одномоментно.
«Почти никто не знает точного количества ракет, которыми располагает Иран. Оценки варьируются от 3 000 до 8 000. Даже нижняя оценка позволила бы Ирану продолжать пуски в течение нескольких недель. Хотя темпы запусков со временем могут снизиться, их полное прекращение, вероятно, заняло бы длительное время», — считает Юсуф Сосар.
Гибель верховного лидера, вопреки ожиданиям о возможном расколе элит, пока не привела к дестабилизации системы и, напротив, продемонстрировала мобилизационный эффект.
«Многие полагали, что гибель лидера Ирана нарушит функционирование административной системы страны и ослабит моральный дух ее вооруженных сил и сторонников. Однако внезапный характер этого события, по-видимому, сплотил сторонников режима, усилил гнев вооруженных сил и укрепил решимость иранских политиков ответить Соединенным Штатам и Израилю. В настоящее время иранские официальные лица демонстрируют единство, приверженность продолжению противостояния и намерение как можно скорее назначить нового лидера», — отметил эксперт.
Формирование временного руководящего органа в соответствии с конституцией Ирана он рассматривает как институциональную процедуру, а не как признак немедленного коллапса.
«Согласно статье 111 Конституции Ирана, в случае внезапной смерти Верховного лидера без заранее назначенного преемника временное руководство страной принимает на себя совет из трех человек. Этот процесс уже запущен. Полномочия совета прекратятся после назначения нового лидера. Пока государственные дела, по-видимому, продолжаются в рамках конституционного порядка. Несмотря на гибель нескольких высокопоставленных чиновников, признаков административного коллапса не наблюдается», — заявил спикер.
При этом он подчеркивает, что вне зависимости от хода войны власти сталкиваются с масштабными внутренними вызовами, которые могут осложнить долгосрочную управляемость.
«Иран сталкивается с глубокими структурными проблемами. Инфляция стала невыносимой для многих граждан. Курс доллара превысил 160 000 туманов. Цены на продукты питания и одежду чрезвычайно высоки. Жесткое подавление июньских протестов и гибель тысяч людей вызвали значительное общественное недовольство правящей системой. В то же время Иран испытывает серьезные экологические проблемы, включая загрязнение воздуха и острую нехватку воды, и устойчивых решений пока не найдено. Даже если правительство сумеет преодолеть текущую войну, ему все равно предстоит столкнуться с множеством внутренних кризисов, которые теперь усугубляются экономическим и инфраструктурным ущербом, нанесенным нынешней войной», — заключил Юсуф Сосар.
