«Ты все пела? Это дело»: как зима застала Европу врасплох

На фоне ослабления американских гарантий безопасности страны ЕС спешно наращивают военный потенциал. Автомобильные концерны Франции судорожно переходят на выпуск дронов, Германия размещает войска за рубежом впервые со времен Второй мировой. Между тем Турция, которую ЕС десятилетиями держал на расстоянии, давно превратилась в одного из ведущих мировых экспортеров вооружений — и теперь Европа находится в роли догоняющего.

Расплата за благодушие

Восемьдесят лет Западная Европа вела себя как стрекоза из басни русского писателя Крылова: лето казалось вечным, американский ядерный зонтик создавал иллюзию безопасности — зачем готовиться к зиме? Германия, некогда военная машина, наводившая ужас на соседей, превратила пацифизм едва ли не в национальную идею. Бундесвер стал символом этой трансформации — ее солдаты, по рассказам офицеров, нередко покупали снаряжение за собственный счет. Зима пришла внезапно — и оказалось, что теперь уже не до песен.

Тревожные сигналы поступали давно. После начала крымских событий в 2014 году Германия согласилась довести военные расходы до 2% ВВП в течение десяти лет. Прогресс оказался ничтожным. Европа предпочитала не замечать угрозу, убаюканная верой в незыблемость американских гарантий.

Пробуждение оказалось болезненным. В 2022 году командующий сухопутными войсками Германии признал, что вверенные ему силы «практически голые». Берлин объявил о Zeitenwende — «повороте времен» — и пообещал радикально увеличить военные расходы. Но слова — не танки.

Второй шок пришел из-за океана. Возвращение Дональда Трампа в Белый дом и его откровенно пренебрежительное отношение к европейским союзникам поставило под вопрос саму основу трансатлантического партнерства. Угрозы аннексии Гренландии, публичное пренебрежение союзническими обязательствами в рамках НАТО, постоянные упреки в адрес президента Украины, приостановка поставок оружия Киеву без какого-либо предупреждения — все это окончательно развеяло иллюзии: полагаться на Вашингтон больше нельзя.

Автопром на военных рельсах

Одним из проявлений этого запоздалого осознания стало заявление французского концерна Renault о партнерстве с компанией Turgis Gaillard для производства ударных беспилотников. Еще несколько лет назад идея о том, что производитель городских седанов и хэтчбеков займется выпуском боевых дронов, показалась бы абсурдной. Теперь это — вынужденная необходимость.

«Несколько месяцев назад с нами связалось Министерство вооруженных сил Франции по поводу проекта развития французской индустрии дронов, — рассказал директор по развитию Renault Фабрис Камболив в интервью телеканалу BFM TV. — Нас привлекли благодаря нашему опыту в промышленном производстве и проектировании».

По данным издания La Tribune, партнеры планируют выпускать тактические беспилотники с размахом крыльев около десяти метров «по исключительно конкурентной цене». Объем производства на заводах в Ле-Мане и Клеоне может достигнуть 600 единиц в месяц уже к концу первого года работы.

Renault — не единственный автомобильный гигант, спешно осваивающий оборонную сферу. Поставщик автокомпонентов Valeo участвует в «оборонном пакте дронов» совместно с сотней других компаний, а предприятие Fonderie de Bretagne, специализирующееся на автозапчастях, готовится к производству артиллерийских гильз. Идет спешная импровизация вместо стратегии.

Германия: запоздалое пробуждение

В Германии перемены выглядят особенно разительно — на контрасте с десятилетиями бездействия. Страна, превратившая собственную военную слабость в символ искупления за преступления нацизма, теперь ставит цель создать сильнейшую армию в Европе. Амбициозно — но выполнимо ли?

В ближайшие четыре года Берлин направит на нужды бундесвера свыше 460 миллиардов евро. Конституция страны была изменена, чтобы снять ограничения на государственные заимствования для оборонных целей. По всей стране разворачиваются новые производства: в Гёрлице, на границе с Польшей, завод, выпускавший вагоны для двухэтажных поездов, переоборудуется для производства танков Leopard 2 и бронемашин Boxer. Переход завершится лишь в 2027 году.

«Компании, как и все немецкое общество, привыкли к мирному времени, — сокрушается министр обороны Борис Писториус. — Когда холодная война закончилась, танки продали за рубеж или отправили на металлолом».

По оценкам брюссельского аналитического центра Bruegel, для сдерживания России — например, предотвращения вторжения в Прибалтику — Европе необходимо 1400 танков и 2000 боевых машин пехоты. Это больше, чем совокупные возможности Германии, Франции, Великобритании и Италии вместе взятых. Разрыв между амбициями и реальностью — колоссальный.

Слабость европейской реакции на происхоящее выразил и президент Украины Владимир Зеленский. На форуме в Давосе он сравнил Европу с героями фильма «День сурка»: «В прошлом году я закончил свою речь словами «Европа должна уметь защищаться». Прошел год — и ничего не изменилось. Европа любит обсуждать будущее, но уклоняется от действий сегодня».

Под градом критики — и внутренней, и внешней — Европа неуклюже стремится наверстать упущенное. Впервые со времен Второй мировой немецкие войска размещены на постоянной основе за рубежом: 45-я танковая бригада расквартирована в Литве, у границы с Беларусью. К 2027 году ее численность достигнет пяти тысяч человек — цифра, которая вряд ли кого-то впечатлит.

«Мы здесь, чтобы защищать каждый дюйм территории НАТО», — заявил командир бригады бригадный генерал Кристоф Хубер.

Показательно, что литовцы, чьи предки пережили нацистскую оккупацию, приветствуют немецких солдат. На городских автобусах Вильнюса появились надписи «LTU ❤ DEU» — Литва любит Германию. Страх перед Россией оказался сильнее исторической памяти.

«Страх перед слабой и нерешительной Германией сильнее, чем страх перед сильной Германией», — констатирует Писториус. Формулировка, в которой сквозит признание многолетних провалов.

Франция: космос как поле боя

Париж движется параллельным курсом. Президент Эммануэль Макрон поставил цель довести военный бюджет до 64 миллиардов евро к 2030 году, а в конце прошлого года объявил о строительстве атомного авианосца нового поколения для замены устаревшего «Шарля де Голля».

С этого года во Франции начинает действовать программа добровольной военной службы для молодежи 18–19 лет продолжительностью десять месяцев. Призыва, отмененного в 1996 году, пока не будет, однако курс на расширение резерва очевиден: к 2030 году число резервистов должно вырасти до 100 тысяч человек.

Особое внимание Макрон уделяет космосу. Выступая в Тулузе, он назвал космическое пространство «полем боя» и объявил о дополнительных 4,2 миллиарда евро на военно-космические программы до 2030 года.

«Война сегодня уже ведется в космосе, а война завтрашнего дня начнется в космосе, — предупредил президент. — Космос больше не является святилищем».

По словам Макрона, российские космические аппараты следят за французскими спутниками, а глушение сигналов GPS и кибератаки на космическую инфраструктуру стали обыденностью. Угрозы, о которых специалисты предупреждали годами — и которые годами игнорировались.

Турция: урок дальновидности

На фоне европейской суеты особенно показательным выглядит путь Турции. Пока стрекоза пела, муравей работал: Анкара методично выстраивала собственный военно-промышленный комплекс, не отвлекаясь на «дивиденды мира». Страна, которую ЕС десятилетиями держал в приемной, не допуская к полноправному членству, превратилась в одного из ведущих мировых производителей и экспортеров вооружений.

Контраст разителен. В 2000 году оборот турецкого ВПК не достигал миллиарда долларов, а экспорт составлял около 200 миллионов. В 2025 году оборот превысил 20 миллиардов, экспорт приблизился к 8,5 миллиарда. По данным Стокгольмского института исследования проблем мира (SIPRI), Турция занимает 12-е место в мире среди производителей оборонной продукции и готовится войти в первую десятку.

Особенно показательно доминирование в сегменте ударных беспилотников — том самом, который Европа теперь пытается освоить с помощью автоконцернов. С момента выхода на международный рынок менее семи лет назад турецкие производители обеспечили более двух третей мировых поставок вооруженных дронов. В период с 2020 по 2023 год Турция уступала по экспорту беспилотников только США, опередив Израиль.

Турецкие дроны Bayraktar TB2 и Akinci приобрели почти 40 стран — от Польши и Румынии до Индонезии и Пакистана. Бронетехника турецкого производства поставляется в Европу: в конце прошлого года Румыния заказала более тысячи бронеавтомобилей Cobra II. Страны ЕС закупают оружие у государства, которому отказали в членстве.

Знаковым стал декабрь 2024 года, когда турецкие верфи получили контракт на строительство двух кораблей снабжения для ВМС Португалии — первая продажа военно-морских судов стране НАТО и ЕС.

В чем секрет? Турецкие компании предлагают продукцию западного стандарта — в силу членства страны в НАТО — на более выгодных условиях, чем американские и европейские подрядчики. Есть и другое преимущество: Анкара готова продавать оружие тем, от кого западные страны отворачиваются по политическим соображениям. Турция исходит из собственных интересов, а не из повестки Вашингтона или Брюсселя.

«Если бы Турция была в ЕС...»

Министр иностранных дел Турции Хакан Фидан недавно обозначил парадокс европейской ситуации с дипломатической прямотой: «Европейский союз долгое время существовал под защитой США. Ослабление американского покровительства вынуждает ЕС искать собственную архитектуру безопасности».

Его вывод звучит горькой констатацией упущенных возможностей: «Если бы Турция и Великобритания были членами ЕС, у Европы был бы собственный центр силы. Вместо этого мы вынуждены оглядываться на другие державы — Америку, Китай, Россию».

Из-за стратегической близорукости Европа вынуждена спешно выстраивать то, что Анкара создавала два десятилетия. Автоконцерны осваивают производство дронов. Оборонные стартапы множатся в Берлине. Бывшие пацифисты голосуют за снятие ограничений на военные расходы. Все это — импровизация на скорую руку, а не результат стратегического планирования.

Торговый оборот между Турцией и ЕС достиг 230 миллиардов долларов, но, как подчеркнул Фидан, в сфере безопасности такого баланса нет. Теперь Европа нуждается в турецких технологиях, производственных мощностях и боевом опыте — всем том, что могло бы стать общим достоянием, если бы не близорукость Брюсселя.

Гонка со временем

Еврокомиссар по обороне Андрюс Кубилюс предложил создать постоянную армию ЕС численностью 100 тысяч человек. Обсуждается идея Европейского совета безопасности с участием Великобритании. Официальная цель — обеспечить способность Европы к самостоятельной обороне к 2030 году.

Четыре года. Для создания полноценной оборонной инфраструктуры — ничтожно мало. Турции понадобилось двадцать лет, чтобы пройти путь от зависимости до самодостаточности. У Европы такого запаса времени нет.

Завершая недавнее интервью, Хакан Фидан произнес фразу, которая, возможно, лучше всего характеризует наступившую эпоху: «Если мы продолжаем ждать, что придет гегемон и решит наши проблемы, результат редко бывает таким, как мы хотим, а цена всегда оказывается слишком высокой».

Европа, похоже, начинает это осознавать. Вопрос в том, не слишком ли поздно пришло осознание — и какую цену придется заплатить за десятилетия благодушия.