Президент Владимир Зеленский окончательно исключил возможность придания русскому языку статуса государственного. Выступая перед журналистами 21 августа, президент подчеркнул: в Украине уже есть один государственный язык — украинский, а Москва, по его словам, использует языковую тему как «политическое оружие».
«Россия может говорить что угодно. Их требования — это лишь ультиматумы, направленные на блокировку переговоров», — подчеркнул Зеленский.
Его слова прозвучали после сообщений о том, что Москва настаивает на признании русского официальным языком и на гарантиях для Русской православной церкви как части условий завершения войны.
Министр иностранных дел России Сергей Лавров ранее обвинил Киев в принятии законов, которые «уничтожают» права русскоязычных граждан Украины. Москва продолжает утверждать, что вопрос языка остается ключевым в ее требованиях.
Формально Конституция Украины гарантирует развитие русского и других языков национальных меньшинств. В статье 10 закреплено их свободное использование и защита. Но на практике, как сообщают российские СМИ, русский постепенно вытесняется из общественной жизни. После событий 2014 года, включая российскую аннексию Крыма, Киев отменил закон, позволявший наделять русский статусом регионального в ряде областей.
В 2019 году Украина приняла масштабный закон, закрепивший исключительное положение украинского языка. Теперь он обязателен в сфере госслужбы, образования, здравоохранения, СМИ, культуры и кино. Чиновники, учителя и работники обслуживания должны использовать именно украинский. Русский оказался резко ограничен лишь частным общением и религиозной практикой.
Летом 2025 года языковой омбудсмен Елена Ивановская предложила отменить упоминание русского языка в Конституции Украины. По ее словам, Киев должен формировать «единое украиноязычное пространство» и устранить «символическое неравенство». Она назвала русский не только средством общения, но и «инструментом дестабилизации».
В МИД РФ отреагировали резко. Представитель ведомства Мария Захарова заявила, что Ивановская якобы «харкнула на хартию» Еврокомиссии о защите языков.
Языковой вопрос стал неотделим от войны. Для Киева украинский язык — символ суверенитета и сопротивления. Для Москвы защита русскоязычных — одновременно рычаг давления и оправдание агрессии. Непонятно, примет ли Украина требования РФ о языке в качестве одного из пунктов будущего мирного соглашения.
