Камчыбек Ташиев вылетал из Бишкека в Мюнхен на плановое обследование после операции на сердце. Возвращался он уже другим человеком — без должности, без полномочий, без армии лояльных заместителей. Несколько дней, проведенных в немецкой клинике, в итоге привели к тектоническим изменениям в стране.

Впрочем, кортеж из пяти автомобилей, встретивший экс-главу ГКНБ в аэропорту «Манас» в ночь на 13 февраля, недвусмысленно намекал: списывать генерала со счетов пока рано.

Тандем, которого больше нет

Пять лет Садыр Жапаров и Камчыбек Ташиев управляли Кыргызстаном как единое целое. Формально первый был президентом, второй — главой спецслужбы. На практике разделение функций выглядело иначе: Жапаров играл роль сдержанного государственника, Ташиев — жесткого силовика, который не стеснялся в выражениях и не ограничивал себя рамками своего ведомства.

Их союз уходил корнями в начало 2010-х, когда оба оказались фигурантами уголовного дела о попытке захвата власти. Общая судьба скрепила политическое партнерство крепче любых договоров. Когда в 2020 году Жапаров пришел к власти, Ташиев получил ключевой силовой пост — и превратил ГКНБ в государство в государстве.

Именно ему приписывали разгром организованной преступности. Ташиев пообещал, что в республике больше не будет воров в законе и лидеров преступных группировок. При нем был застрелен криминальный авторитет Камчы Кольбаев. Ташиев урегулировал застарелые пограничные споры с Таджикистаном и Узбекистаном — конфликты, которые годами считались неразрешимыми. Пограничная служба перешла под контроль ГКНБ. Девятая служба, охранявшая первых лиц государства, подчинялась ему же.

Для многих в Кыргызстане генерал давно стал «человеком номер один». Вопрос был лишь в том, когда это двоевластие приведет к началу борьбы за влияние.

Письмо семидесяти пяти

Развязка наступила стремительно. За два дня до отставки в публичном пространстве появилось открытое письмо, подписанное 75 общественными деятелями — бывшими премьер-министрами, экс-губернаторами, отставными генералами, представителями культурной элиты. Они призывали к досрочным президентским выборам.

Формальным основанием служила конституционная коллизия. Жапаров был избран в 2021 году по старой Конституции на шестилетний срок. Новый Основной закон, принятый в том же году, установил пятилетний срок полномочий. Вопрос о том, когда истекает мандат действующего президента, юристы трактовали по-разному.

Но политический смысл письма читался однозначно. Документ выглядел как панегирик достижениям Ташиева: восстановление «порядка и стабильности», борьба с преступностью, урегулирование границ. По сути, авторы предлагали легитимировать раздел власти, который и так существовал де-факто.

Администрация президента отреагировала молниеносно. В заявлении говорилось о группе лиц, действовавших «от имени генерала». Депутатов и чиновников, по словам Жапарова, обрабатывали с недвусмысленным посылом: «Переходи на сторону генерала — или будешь иметь с ним дело».

Ташиев, по его словам, узнал о своей отставке по телефону — из Мюнхена.

Зачистка

То, что последовало за указом президента, напоминало хирургическую операцию. В течение нескольких часов были уволены три заместителя Ташиева. Пограничная служба выведена из структуры ГКНБ. На базе Девятой службы создана новая Служба государственной охраны — теперь напрямую подчиненная президенту.

Следующей пала политическая фигура, которую многие связывали с опальным генералом. Спикер парламента Нурланбек Тургунбек уулу объявил об отставке. Примечательно, что новость об увольнении Ташиева застала его в Анкаре. Вернувшись на родину, он покинул свой пост.

«Чтобы не было споров, поводов для подозрений», — объяснил Тургунбек у|улу. На его место избран Марлен Маматалиев.

Несколько подписантов письма были задержаны по подозрению в подготовке массовых беспорядков. Любопытно: схожиме обвинения годами выносил ГКНБ против политических оппонентов. В ноябре, накануне парламентских выборов, по тем же статьям задерживали членов оппозиционной Социал-демократической партии. Главным доказательством тогда стала записанная «кухонная» беседа, где один из участников размышлял о «смене власти».

Теперь механизм, отлаженный главой ГКНБ, работал против тех, кого связывали с ним самим.

Осень «серых кардиналов»

Падение «серого кардинала» Ташиева — не единичный эпизод. За последние четыре месяца постсоветское пространство лишилось сразу нескольких фигур, которых принято называть «серыми кардиналами» — людей, чье влияние выходило далеко за рамки официальных полномочий.

Осенью 2025 года в Азербайджане было возбуждено уголовное дело против Рамиза Мехтиева — многолетнего главы президентской администрации, который два десятилетия считался вторым по влиянию человеком в стране. В Украине под давлением оказался Андрей Ермак — глава Офиса президента, которого называли «соправителем» Зеленского. Теперь — Ташиев.

Три страны, три разные политические системы, три разных контекста. Но общий знаменатель просматривается: президенты избавляются от фигур, которые аккумулировали слишком много власти. Вертикаль не терпит двоевластия — рано или поздно кто-то должен уйти.

Север и Юг

В Кыргызстане, однако, уравнение имеет дополнительную переменную. Географическую.

Страна исторически разделена на два полюса. Север — более светский, урбанизированный, русскоязычный. Юг — более религиозный, традиционалистский, националистически настроенный. Три революции, пережитые Кыргызстаном с 2005 года, неизменно проходили по этому разлому.

Жапаров — выходец из северной Иссык-Кульской области. Ташиев — «сын юга», как его называют в республике. Их тандем был в том числе попыткой преодолеть региональный раскол, соединить две части страны через политический союз на вершине власти.

Теперь этот мост разрушен.

Бывший премьер-министр Феликс Кулов убежден, что «раскола на юге не будет», так как в первую очередь это невыгодно самому Ташиеву. «Он [Ташиев] принял верное решение, сказав, что будет принимать решение президента, и призвал к стабильности и отсутствию потрясений», — рассказал Кулов. Ситуация, по его словам, «абсолютно спокойная».

В свою очередь президент Жапаров подчеркнул, что дружба с Ташиевым сохранится, что решение принято «ради единства народа», что генералу даже обеспечат охрану.

Однако политолог Темур Умаров отмечает, что Жапаров оставил бывшему соратнику «пространство для отступления с достоинством». Вопрос в том, воспользуется ли этим пространством человек, привыкший к другим ролям.

Ликование в России

Отставка Ташиева вызвала нескрываемое ликование в российских СМИ. Генерала там давно окрестили «главным русофобом Кыргызстана».

При Ташиеве был закрыт «Русский дом» в Бишкеке. Кыргызским офицерам запретили проходить обучение в России. Глава ГКНБ публично отчитывал представителей китайских компаний за использование русского языка на совещаниях: «Двадцать лет работаете — и по-кыргызски не научились?»

«С уходом Ташиева страна станет на путь стабильности и сблизится с Россией», — написал военный корреспондент ВГТРК Андрей Руденко. Телеканал «Царьград» вышел с заголовком: «Вот это поворот: В Киргизии сняли с поста вице-премьера русофоба Ташиева». Телеграм-каналы заговорили о «смене внешнеполитического курса». «Поворот в Кыргызстане. Уход русофоба», — выдал военный корреспондент Александр Сладков.

Насколько обоснованы эти ожидания — вопрос спорный. Ташиев определял внутреннюю безопасность, но не внешнюю политику. Жапаров никогда не позиционировал себя как антироссийского лидера. Однако символическое значение отставки трудно переоценить: человек, ставший лицом «национального курса», больше не у власти.

Что дальше?

История Кыргызстана не знает примеров мирной передачи власти — за единственным исключением Розы Отунбаевой, исполнявшей обязанности президента в переходный период. Акаев был свергнут. Бакиев — свергнут. Атамбаев — осужден. Жээнбеков — отстранен.

Станет ли Жапаров исключением? И какую роль в этом сценарии сыграет генерал, вернувшийся на родину с незавершенным лечением и большими амбициями?

Ближайшие президентские выборы запланированы на январь 2027 года. Но в Кыргызстане графики имеют свойство меняться.

Пока обе стороны сохраняют хорошую мину. Жапаров говорит о дружбе. Ташиев возвращается без публичных заявлений. Кортеж из пяти машин — не демонстрация силы, но и не капитуляция.

Это партия, в которой оба игрока еще не сделали решающего хода. И ставки, как всегда в этой стране, — выше, чем кажется на первый взгляд.