26 сентября министр иностранных дел России Сергей Лавров на полях Генассамблеи ООН неожиданно заявил: власти Мали обратились к российской частной военной компании по вопросу борьбы с террористами, а Москва не имеет к этому какого-либо отношения. При этом шеф российской дипломатии акцентировал внимание на том, что эта деятельность осуществляется на законной основе, а власти Мали были вынуждены обратиться за помощью к иностранным специалистам потому, что Франция хочет существенно сократить свой воинский контингент.
В Сети не скрыться
Ответ Лаврова вряд ли можно назвать превентивным шагом. Это, скорее, уже назревшая реакция на то, о чем громко и с больших трибун говорили последние недели представители Германии и Франции – немецкий министр обороны Аннегрет Крамп-Каренбауэр и французские министр иностранных дел Франции Жан-Ив Ле Дриан и министр обороны Флоранс Парли фактически в ультимативной форме потребовали от правительства в Мали не сотрудничать с ЧВК «Вагнера», угрожая выводом своих военных контингентов.
Однако на момент их заявлений российские наемники уже выгружались в этой стране, что видно на появившихся в Сети снимках. Однако Москва, понимая вес заявлений европейских министров, поспешила откреститься от наемников не «ливийским способом» (когда дипломаты апеллируют тем, что кадровых военных в стране нет, хотя все понимают, что наемники не являются таковыми), а «центральноафриканским» – когда МИД РФ официально признал, что некие гражданские специалисты помогают специалистам Минобороны РФ.
Но какие правовые основания есть у подобной деятельности? Это вопрос открытый. Русская служба ВВС 27 сентября опубликовала материал, где утверждает, что в Мали начали работать именно структуры ЧВК «Вагнера», наемники которой принимают непосредственное участие в боевых действиях, а не специалисты российских компаний вроде «РСБ-Групп»», которые маскируют свою деятельность под ЧОПы и военный консалтинг и, как показал опыт их работы в Ливии, в принципе действительно не выходят за рамки подобной деятельности.
Наемник и оператор
В современном виде ЧВК – это не американское, а британское изобретение: в 1967 году создатель знаменитого элитного британского спецподразделения Special Air Service (SAS) Дэвид Стирлинг организовал первую официальную частную военную компанию Watchguard International, в состав которой тогда вошли отставные спецназовцы.
С тех пор ЧВК прошли много разных этапов в своем развитии, но сотрудников компании от наемников (которых, кстати, компания все-таки может привлекать для каких-то разовых операций, но не из числа своих сотрудников) неизменно отличают: лицензии, выплата налогов, бухгалтерская отчетность и широкий спектр задач – от консалтинга (оценки риска) до охраны объектов. При этом те компании, которые непосредственно «засветились» в боевых действиях а-ля армия, имели большие репутационные издержки, как та же знаменитая ЧВК Blackwater, которой после знаменитой перестрелки в Багдаде и еще ряда инцидентов пришлось не раз менять название и открывать «дочерние» филиалы в разных частях света, включая ОАЭ.
Важно также отметить, что деятельность частных подрядчиков запрещена статьей Уголовного кодекса РФ «Наемничество». Поэтому проблема легализации ЧВК в России дискутируется на протяжении многих лет: политики долго и безрезультатно обсуждали негативные и позитивные последствия такого шага, но в связи с войной в Донбассе, а позже с российской операцией в Сирии она явно получила особую актуальность и поддержку.
В Сирии ставка на ЧВК, хотя официальные ведомства этот факт категорически опровергают, позволила минимизировать потери среди российских военнослужащих, расходы и негативные последствия для общественного мнения. При этом многие «сотрудники» группы «Вагнера», например, получали боевые ордена и медали, вплоть до высшего знака отличия – звания Героя России. А президент принимал их в Георгиевском зале Кремля. С другой стороны, деятельность этих людей в РФ не оценена обществом, и формально их как бы не существует, чем и воспользовались, например, США в 2018 году при нанесении удара по силам режима Асада в Дейр эз-Зоре, среди которых были проиранские отряды и российские наемники.
После этого инцидента, который всколыхнул российское общество и вновь актуализировал вопрос легализации в России частных военных компаний, появились сообщения в медиапространстве о том, что экспертный совет при комитете ГД занимается формированием рабочей группы для обсуждения законопроекта о ЧВК. Более того, не исключалось, что легализация ЧВК рассматривается в рамках структуры ОДКБ, куда помимо России входят Армения, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан и Узбекистан.
Дело в том, что в 2018-м в ходе заседания постоянного совета ОДКБ в Москве был рассмотрен некий проект решения Совета министров обороны организации, предусматривающий утверждение перечня сведений в военной сфере, которые подлежат засекречиванию, а также составляющих служебную информацию ограниченного распространения. Сразу после этого появилась информация, что законопроект, который позволит оперировать в рамках ОДКБ, разрабатывался в стенах московского Института проблем безопасности и устойчивого развития, представители которого имели отношение к спецслужбам и входят в экспертные группы парламента.
Токсичная активность
Однако затем вся эта тема сошла на нет. Эксперты не исключают, что виной тому стала шумиха вокруг гибели наемников в Сирии от американских бомб, поскольку журналисты начали с удвоенной силой пытаться узнать реальное число погибших, а ряд ветеранских организаций даже словить «хайп» на этой расследовательской волне. Так, некоторые направили в адрес президента РФ требование не только легализовать ЧВК, но и официально признать их участие в сирийском конфликте. Тем более что выяснилось: в России существует также ЧВК «Щит», основу которой составляют десантники 45-й бригады специального назначения Воздушно-десантных войск, которые охраняют объекты АО «Стройтрансгаз» на территории Сирии. Также были сведения о ЧВК «Патриот», правда, расследователи считают, что данная структура совсем фиктивная и под ее крышей действуют Силы специальных операций.
Кроме того, в момент расцвета деятельности российских наемников и их транзита через Сирию в Ливию и в другие страны африканского континента произошла череда скандалов, которые российские власти всячески пытались замять. В июле 2018, по всей видимости, боевики ЧВК «Вагнера» убили в ЦАР Орхана Джемаля, Александра Расторгуева и Кирилла Радченко. А 20 ноября 2019-го «Новая» сообщила, что несколько бойцов ЧВК «Вагнера» казнили дезертира из армии Асада. На опубликованных кадрах было видно, как несколько человек в неформальном обмундировании бьют кувалдой лежащего на земле мужчину в гражданской одежде, а после в изуверской форме казнят. «Новой газете» не только удалось установить личность замученного сирийца, но и наемников, одним из которых оказался оказался Станислав Дычко, бывший полицейский со Ставрополья.
В то же время активность ЧВК, связанных со спецслужбами и выполняющих задачи в интересах Кремля, «расползлась» по Ближнему Востоку и Африке с таким размахом, что Кремль уже не может полностью отрицать очевидного, но и обосновывает присутствие россиян там законными основаниями, а также инструкторскими задачами гражданских специалистов.
В правовом государстве несоответствие официальной риторики букве закона должно как минимум смущать чиновников, однако, как показывают буквальная расправа с независимыми журналистами в России и в целом все события, которые предшествовали важным для Кремля выборам в Госдуму, – это для власти такая мелочь, которую могут заметить лишь журналисты и то только те, которые превентивно уже признаны «иноагентами».
