Вымирает «глубинная Россия»

Все показатели, характеризующие естественное движение населения, значительно ухудшились. Так, в 2020 году число родившихся детей уменьшилось на 38%, зато число умерших выросло на 28%.

Число родившихся оказалось меньше, чем в 2019 году, в 75 из 85 российских регионов. Позитивный тренд был зафиксирован в десяти субъектах Федерации, среди которых наилучшие показатели – в Московской области (прирост числа родившихся детей на 14,4%) и Чеченской Республике (прирост на 11,6%).

В 45 регионах зафиксировано государственными статистиками увеличение числа умерших. В оставшихся, соответственно, число умерших уменьшилось, причем опять-таки наилучшие показатели – в Курганской области (снижение на 6,9%), Алтайском крае (снижение на 6,8%) и Республике Бурятия (снижение на 9,5%). В целом по стране число умерших превысило число родившихся в 1,4 раза. При этом в 40 субъектах это превышение было значительно больше – до 2,5 раз.

В целом «рекордсменом» по естественной убыли населения оказалась расположенная неподалеку от Москвы Тульская область, где показатель составил 10,5. И лишь два субъекта продемонстрировали двузначный естественный прирост населения – Республика Ингушетия (12,2) и Чеченская Республика (14,4).Гастарбайтеры глубинку не спасут

Как тут не вспомнить заявление президента Владимира Путина, который ратует за активное привлечение в Россию трудовых мигрантов. «С развитием экономики нам уже не хватает рабочих рук… Россия нуждается в притоке новых граждан», – заявил президент.

Впрочем, его можно дополнить: приток новых граждан нужен не просто для развития экономики, но и для элементарного восполнения естественной убыли населения. Однако, как говорит бесстрастная статистика, пока что восполнения нет: так, в 2020 году миграционный прирост лишь на 18,4% компенсировал естественную убыль населения.

Прибыло в страну за полугодие чуть менее тысяч человек – значительно меньше, кстати, чем в первой половине 2019 года, когда прирост составил 134 тысячи человек. Но даже с учетом этих цифр миграционный прирост компенсировал численные потери населения лишь на 67%.

И из года в год доля компенсации уменьшается: скажем, в первой половине 2016 года мигранты сумели перекрыть численные потери населения более чем в четыре раза, а уже в 2017 году – «отстали» от такого полного перекрытия на 15%, а в 2018 году – менее чем вполовину.

И, очевидно, подобное отставание будет увеличиваться. Существующая госпрограмма привлечения мигрантов поставленные Москвой задачи решить неспособна. Ее авторы оперируют гигантскими цифрами: мол, только в постсоветских странах насчитывается более 20 млн соотечественников, которых якобы можно привлечь обратно в Россию в рамках реэмиграции.

Но подобная стратегия не оправдывается: миграционный приток в Россию из стран нового зарубежья с начала девяностых годов снизился в разы, а в десятки раз – из государств Южного Кавказа и Балтики. Иными словами, соотечественников, проживающих в странах нового зарубежья, больше нельзя рассматривать как российский миграционный потенциал: у рожденных в СССР с момента его распада родились дети и внуки, социализация которых проходила уже в совершенно новых условиях. И в Россию их не тянет.Замкнутый круг лже-реформы

Профессор Института экономики РАН Петр Ореховский считает, что привлечение иностранных мигрантов в целом не решает проблем депопуляции. Дело в том, что иностранные работники едут туда, где возникают рабочие места и растет оплата труда, то есть прежде всего в мегаполисы, особенно в Центральной России.

Скажем, за последние тридцать лет отток населения из Сибири так и не заместился притоком работников из стран Средней Азии или Китая. И наивно полагать, что это произойдет сейчас.

Профессор Института географии РАН Татьяна Нефедова уверена, что современное российское пространство организовано крайне неравномерно. На одном полюсе – крупные города с очень высокая плотностью населения, куда продолжается массовая миграция сельского населения, ранее мигрировавшего в средние и малые города.

На другом полюсе – сеть средних и малых городов и обширные сельские территории с депопуляцией населения. Депопуляция отмечается практически по всей территории страны, за исключением Северо-Кавказского и Южного федеральных округов (так, в СКФО единственная территория, где отмечается устойчивый отток населения, – это Ногайский район Дагестана). Вместе с тем, наибольшая депопуляция отмечается в северо-западной части страны – муниципальных районах малых городов и поселков городского типа (ПГТ) Северо-Западного, Центрального и Приволжского федеральных округов.

В этом смысле крайне показателен пример Тульской области, где, как уже отмечалось выше, фиксируется наибольшая естественная убыль населения.

Одна из причин сельской депопуляции, в результате которой даже в административных центрах регионов и их пригородах плотность населения продолжает расти, а на периферии – стремительно снижаться, профессор Института социально-экономических проблем народонаселения РАН Юрий Симагин считает саму реформу местного самоуправления на поселенческом уровне.

Мотивом укрупнения сельских поселений власти называют консолидацию ресурсов для исполнения полномочий и развития территорий. В свою очередь, подобное укрупнение приводит к институциональному ослаблению муниципальных образований, из которых ресурсы «вымываются» еще быстрее.

Замкнутый круг. Но ни желания, ни возможностей, чтобы разорвать его у федеральных властей пока нет. А значит, Россия будет продолжать обезлюдеть.