Есть такой особый жанр военных сводок — когда армия сообщает, что «инцидент расследуется» и что произошедшее «не соответствует ее ценностям». Читаешь подобные заявления и невольно начинаешь считать: сколько раз за последние месяцы командование этой дегенеративной армии, как ее называет Франческа Альбанезе,  произносило эту мантру? Потому что инциденты не прекращаются. Они идут чередой — один за другим, каждый раз с одинаковой формулировкой и одинаковым исходом.

Итак, что происходит на юге Ливана — если называть вещи своими именами, а не прятаться за обтекаемыми формулировками пресс-служб.

Телевизоры, мотоциклы, ковры

Израильские солдаты массово грабят дома и магазины в южном Ливане. Это не единичные случаи и не самодеятельность одиночек — это рутина. Об этом свидетельствуют сами военнослужащие и командиры армии Израиля, которые рассказали об увиденном изданию Haaretz.

Мотоциклы, телевизоры, картины, диваны, ковры — все это открыто грузится в армейские машины. Без попыток скрыть происходящее. «Это в безумных масштабах, — говорит один из солдат. «Все, кто берут что-то, сразу кладут это в машину. Не прячут. Все видят и понимают», – говорит военный.

Командиры знают и молчат. Кто-то отводит взгляд, кто-то даже кричит — но до наказания дело не доходит. «Он накричал на них и велел выбросить все, и на этом все закончилось. Никакого расследования», — описывает один из офицеров типичную сцену. Другой солдат формулирует суть происходящего предельно точно: «Когда нет наказания — послание очевидно».

Почему командиры не действуют жестче? Ответ прозвучал и он обескураживает своей откровенностью: «Люди здесь отслужили больше 500 дней в резерве. Командиры не могут просто отправить их за решетку. Они предпочитают не создавать шума — лишь бы люди явились в следующий раз». То есть армия фактически заложница собственного резервного корпуса. Дисциплина принесена в жертву явке.

Солдаты объясняют себе кражи иначе: «Какая разница, если я это возьму? Все равно все будет уничтожено». Это уже не мародерство как слабость — это мародерство как философия, выращенная на почве безнаказанности и вседозволенности в отношении тех, кого Израиль обесчеловечивает.

Дебель: деревня, которую предали дважды

Но мародерство — лишь одна сторона картины. Есть еще деревня Дебель на юге Ливана, и то, что там происходит, заслуживает отдельного разговора.

Дебель — христианская деревня. Израиль не давал ее жителям приказа об эвакуации: они остались в своих домах с израильского разрешения. Двести двадцать уроженцев этого села воевали в рядах Армии Южного Ливана бок о бок с армией Израиля. Это не нейтральная территория и не враждебная — это, если угодно, самое что ни на есть союзное поселение.

И вот что с ним сделали.

19 апреля солдат армии Израиля кувалдой разбил статую Иисуса Христа прямо в деревне. Снимок облетел весь мир. Скандал. Осуждение. Нетаньяху и министр иностранных дел Са'ар принесли извинения. Двоих военнослужащих — того, кто разбил статую, и того, кто это снимал, — отстранили от боевых задач и дали каждому по тридцать суток ареста. Итальянские миротворцы из контингента UNIFIL вместе с жителями деревни установили новую статую. Израиль тоже привез замену — но меньшего размера и другого облика. Жители, судя по фотографиям, унесли израильский подарок куда-то в сторону.

Не прошло и недели — новый эпизод. На видео, снятом камерой наблюдения 24 апреля и показанном израильским государственным каналом KAN, видно, как израильский военный бульдозер ковшом вскапывает и ломает солнечные панели на краю Дебеля. Рядом другая машина повреждает припаркованный грузовик. Панели располагались на земле, принадлежавшей полковнику Акелю аль-Хашему — заместителю командующего Армии Южного Ливана, убитому «Хезболлой» в 2000 году. Его семья до сих пор живет в деревне.

Эти панели — не военная инфраструктура. Они давали свет сотням жителей, которые никуда не уехали. Они питали насосную станцию водоснабжения. Ливанская экологическая организация Green Southerners подтвердила: уничтожены основной источник электричества и водоснабжения деревни. Помимо этого, по сообщениям ливанских СМИ, повреждены дороги, дома и оливковые рощи — важнейший источник дохода для местных семей.

Джонатан Элькури, выходец из семьи ветеранов Армии Южного Ливана, живущий сейчас в Израиле, прокомментировал произошедшее без дипломатических прикрас: панели не имели никакого отношения к «Хезболле», а их уничтожение напрямую бьет по мирным людям, которые зависят от этих систем для получения самых базовых услуг.

Армия объявила о расследовании. «Действия, показанные на видео, не соответствуют ценностям армии Израиля», — сообщил представитель армии. Эту фразу мы уже слышали несметное число раз. Дословно.

Система, а не эксцессы

Вот что важно понять, глядя на все это в совокупности. Израильская армия настаивает на том, что речь идет об отдельных нарушениях — «не соответствующих ценностям». Но когда нарушения повторяются снова и снова, в разных местах, разными людьми, в условиях очевидного попустительства командования — это уже не нарушения. Это среда.

Солдаты сами объясняют, почему мародерство не останавливается: потому что отсутствуют реальные последствия. Потому что командиры дорожат явкой больше, чем дисциплиной. Потому что контрольно-пропускные пункты военной полиции на выходах из южного Ливана были сняты — или вовсе не выставлялись. После публикации Haaretz начальник Генштаба Эяль Замир спешно приказал открыть расследование и усилить проверки на границе. Это можно было бы назвать хорошим рефлексом, если бы из тысяч аналогичных инцидентов прошлого извлекались выводы, а не совершенствование системы фейковых извинений.

Дебель — деревня, которая воевала на стороне Израиля, — стала символом чего-то большего, чем армейская недисциплинированность. Там разбили Христа кувалдой. Там бульдозером снесли свет и воду. Там уничтожили оливы. И все это — в деревне, жители которой никуда не бежали, потому что доверяли. Потому что думали, что их не тронут, поскольку обещали.